Дыхание бури

Поначалу нас, то бишь студентов, водили в разные больницы, где мы должны были познакомиться с выдающимися врачами, ознакомиться с их методами лечения разных заболеваний. Так как третий курс — это всего лишь ознакомление с различными направлениями медицины, то побывали мы везде: в кардиологии, неврологии, терапии, хирургии, травматологии, гинекологии и других отделениях.

Так прошёл почти весь сентябрь. В каждодневных заботах, учёбе, перелопачивании местных новостей и интернета в надежде на свежие новости. Весь месяц никаких известий не было.

Баба Тома тоже ничего нового не сообщала. Жители экопоселения так и не объявились, так что впечатлительная бабуля решила, что все они ушли в параллельный мир. Я такую версию тоже рассматривала, но в ней было несколько несостыковок. О существовании врат я знала. Слышала так же о том, что волки обеих стай являлись их хранителями. Какой же смысл был в том, чтобы хранить врата, чтобы до них не добрались кощеи, а потом оставить свою миссию и уйти? Могли ли члены общины пройти через портал в другой мир? Если да, то на какое время?

Я была уверена.

что Александр не мог оставить меня и уйти навсегда, но червячок сомнений подтачивал эту уверенность.

Время шло, а тупая боль, поселившаяся в сердце, не проходила, и не было возможности её унять насовсем.

Абсолютная неизвестность удручала. Но жизнь шла своим чередом, приходилось занимать себя учёбой, зубрёжкой, общением с однокурсниками. Но удавалось только на время приглушить боль, и когда я оставалась одна, она накидывалась на меня с новой силой.

В конце сентября по плану практики значилось посещение реанимации в центральной городской больнице. Ну, а там меня ждало потрясение...

Итак, как обычно в белых халатиках, в бахилах, перчатках и масках завели нас в реанимационное отделение, познакомили с доктором, а затем повели по палатам показывать больных. В мужском отделении было три палаты. В первой лежали пожилые мужчины, во второй возрастом помладше, а в третьей...

Доктор подробно рассказывал о том, какие мероприятия проводятся для реанимации того или другого больного, я всё старательно записывала, но в третьей палате, дойдя до койки у стены, я увидела.

..

Тетрадь и ручка выпали из рук.

— Неизвестный пациент... Поступил полтора месяца назад... Находится в состоянии комы... По показаниям большая потеря крови... Раны давно затянулись... Применяются методы интенсивной терапии, — где-то вдалеке, словно в тумане, я едва слышала голос ведущего доктора. — Но они малоэффективны.