Обраслечена поневоле, или Чешуйчатая подстава. Том 1

Он поднял морду и посмотрел на меня одним глазом. Огромный дракон не может смотреть на меня двумя глазами, когда я близко. Рядом с ним я точно букашка.

− Рр-р? – спросил он.

Я не знаю драконьего, но поняла его удивление.

− Прости, я не знаю драконьих традиций. Если ты против, можем дать ей другое имя, или даст ее мать?

Гардиан нахмурил брови и повелительно рыкнул, потеревшись носом о малюсенькую головку девочки. Этим он сказал «Ева так Ева. Таково решение шайри».

− Кто такая шайри? Ты расскажешь?

Дракон покачал головой, намекая, что сейчас не время и нам пора возвращаться.

А еще он хотел применить ко мне заклинание глубокого сна! Я отшатнулась и зажмурилась. В отличие от подлеца Рейнхарта, Гардиан не давил, он предложил мне выбор.

− Лететь на тебе? – удивилась, когда дракон опустился на передние лапы и выставил в сторону крыло, чтобы я взобралась к нему на спину и уютно устроилась между роговыми наростами на шее. Да-да, я уже присмотрела вполне уютное и с виду безопасное местечко.

Боюсь ли я высоты? До заикания! Почти уверена, что от страха могу оконфузиться, но, глядя в умопомрачительные сапфировые глаза своего дракона, я понимала: он скорее крыло себе отгрызет, чем позволит мне упасть.

А тем более мне, хранящей на своих руках маленькую засоню. Засоня, к слову, сладенько пошамкала губками в поисках груди. Кому-то пора подкрепиться.

− Ты ведь меня не уронишь? – спросила с улыбкой, вскарабкиваясь на спину дракона. Он обиженно рыкнул в ответ и, когда я устроилась, осторожно поднялся.

Нас даже не качнуло. Мы спокойно добрались до выхода из пещеры (на разбросанные перья с останками гром-птиц я старалась не смотреть), а дальше…

Глава 11

Здесь, пожалуй, я опущу описание следующих пятнадцати минут своей жизни, поскольку приличные (да и неприличные тоже) леди таких слов не используют. Не уверена, что тролли их используют. Во всяком случае, мне доподлинно известно, что одному гоблину его же сородичи отрезали язык за такие выражения.

Я орала. Я ругалась.

Я визжала, крепко прижимая к себе малышку. Потом я извинялась перед ней, объясняла, что так выражаться нехорошо, но инстинкт самосохранения и паника брали верх, и я снова орала.

Через четверть часа что-то изменилось. Гардиан стойко терпел мою истерику (возможно, попросту ничего не слышал, ветер свистел так, что закладывало уши!), плавно держал курс и летел образцово-показательно, как на конкурсе…

Смириться с мыслью, что высота меня не убьет, удалось не сразу.