Сомнения моего сердца

- Может, наконец, объясните, чем вы тут занимаетесь? Кощей… простите, не знаю, как вас по батюшке…

Правнук Кощея хмыкнул, и поскольку я так и не взяла бумаги из его рук, аккуратно сложил их на краю кровати, интуитивно стараясь держать между нами дистанцию.

- Вячеславович, - любезно подсказал мужчина, - Но можете просто называть меня Константин, так все же привычнее.

Кивнула и, покосившись на документы, не могла не спросить:

- Что там?

- Ответы на все ваши вопросы, - загадочно улыбнувшись, он покинул помещение, сославшись на позднее время.

Вероятно, даже бессмертным нужен сон. Я же, после длительного обморока, чувствовала себя слишком бодрой, чтобы последовать его примеру, поэтому принялась штурмовать оставленную мне литературу, которая оказалась очень занимательной, ведь всё что там было описано руками старательных оперативников больше походило на сказку, нежели на отчет о проделанной работе.

К примеру: Оперативница Юлиана с кодовым именем Ветерок, имеющая редкий уникальный дар убеждения, смогла убедить ренагавка – человека, который питается исключительно эмоциями, присоединиться к группировке нелюдей именующими себя Антиагмической контрразведкой.

Далее шли подробные описания учиненных бед, приписки о нарушении Магического закона о Ведьмовстве…

Как оказалось, ренагавк был сущим ребенком, который родился и вырос в сиротском приюте. Мать, которая до этого работала там воспитательницей и по совместительству нянькой, понесла от директора приюта и после родов позорно сбежала, опасаясь осуждения со стороны.

Ребенок рос нелюдимый,… и это сыграло с ним злую шутку. В голоде и холоде раньше положенного срока организм, спасая носителя силы от вымирания, пробудил свои чудовищные способности. Тогда-то и произошло первое убийство. Произошедшее списали на горячку, которая в те вечера сморила половину приюта… никто даже не удосужился вызвать медиков, да и те бы ни за что в жизни не догадались, о причине такого летального исхода.

Ребенка было откровенно жаль, ведь, по сути, он ни в чем не виноват. Винить следовало лишь мать, которая беспощадно бросила одаренное дитя.

Руководители Антимагической контрразведки были полностью со мной солидарны, поскольку далее в отчете описывались реабилитационные часы и помощь в раскрытии дел, в котором, собственно, и участвовал уже вполне контролируемый свои эмоции шестилетний мальчик.