Пособие для начинающей королевы

Остальные крикливыми гроздьями сами повисли на воруле. И пока Кай, как осажденная крепость «грозно» рычал и раскачивался в детской гуще, а мы с Малышом робко выползали из фургона, на поляну явились и взрослые обитатели Пента: три женщины в белых фартуках и чепцах и один высокий худощавый старик… Еще через секунду именно он завладел всем моим вниманием…

Спорить глупо, Анкрим с его историей я знаю на «милостивый уд». Да и изучался он по углубленной программе лишь факультативно и всегда в параллель с кружком «картинной вышивки».

Нетрудно догадаться, чему именно я отдавала свою девичью страсть. Но, одного историка, написавшего три труда по Анкриму, знала хорошо. Благодаря его кипучей плодовитости, выраженной в работах и о Ладмении и о Чидалии и о Бередне. Иосиф Брожинский. Строгий портрет благородно седого старца в центральном холле пансиона, а так же…

- Разрешите представиться, Вазарт.

Я сглотнула слюну и протянула мужчине трепещущую руку. Тот улыбнулся, сжав ее своей теплой и мягкой. – А интересное у вас свечение, дитя, - прищурился поверх моей головы.

- Хоть очки от солнца надевай.

- Лин Дойл… В каком смысле, «очки»?

- Лин Дойл? – вскинула знаменитость густые брови. - И это тоже – весьма интересно, - потом скосилась на Малыша сбоку. – Весьма и весьма.

- А-а…

- Учитель! Светлого дня!

- Мальчик мой, - и все «ученое внимание» в один миг перекинулось на подошедшего Кая. – Вижу, «света» и у тебя, хоть отбавляй.

- Ну… - подбросил тот на руке упитанную кроху. – Это – да, – и мельком глянул на меня.

– Мы сегодня ненадолго - только разгрузимся. Надо в Мыну успеть. А вы уже познакомились?

- Я первым взял на себя смелость представиться Лин, - величаво качнулся старец. - Лишь с ослом уважаемым еще не успел. Можешь меня сам ему.

Малыш от такого поворота икнул, поставив торчком уши. Кроха на руке Кая оживилась:

- Коняшка!

Я напряглась:

- Он… - а что «он»-то? Да откуда я знаю? – Малыш он. И, наверное, не любит чрезмерного внимания, потому что еще недавно, ну…

- Коняшка, покатай!

- Вот я и говорю: Малыш еще недавно этим и занимался, причем против своей воли и…

- Коняшка!

- А можно проехаться на нем?

- Тетенька, эта ваша ослина?

- А она – ручная?

- А покормить его печеньками можно?

- А он скакать по горам умеет? – заголосили отвалившиеся от воруля «гроздья».

Я растерялась еще больше:

- Я не знаю… Ма-лыш?

Осел, вздохнув, вновь проявил благородство и мужество. И уже через минуту, накинутый тканым ковриком, катал по поляне самых мелких.