На мягких лапах

Маг же спокойно прошел мимо, недоуменно обойдя собравшуюся толпу, которая наперебой кричала, что же делать, они рожают.

- Что она делает?- по-женски хихикая, спросил меня Дэрек.

В ответ я раздраженно дернула хвостом, сокрушенно обводя толпу, которая орала так, что казалось, сама начала рожать за компанию.

Валькирию подобный исход, видно, не опечалил, а только воодушевил, поэтому мы со стыдом наблюдали, как она пытается, отбиться от жалеющей помочь толпы. Правда, толпу такой исход явно не устраивал и она с не меньшим воодушевлением препятствовала валькирии.

В результате "беременная" схватила метлу и поломала ее об рогатую голову того самого первоприскакавшего мужчины, и пока толпа в удивлении застыла, подбежала к нам и прошипела:

- Сваливаем!

В результате мы свалили, догнали того мага и... "беременная" вновь стала изображать родовые потуги! Но ей вновь радостно помогли прохожие, а маг с не меньшем воодушевлением проигнорировал. На разе пятом коситься с непониманием и изумлением на нее стал не только маг, который, кажется, уже стал догадываться, что на него открылся сезон охоты, но и прохожие, так как слухи о сумасшедшей беременной женщине город облетели молниеносно.

В результате Дэрек силком уволок ее домой, где он чуть не получил дубиной по темечку от уже порядком уставшего стоять и ожидать у двери жреца.

- Как я, вообще, на это согласился? Это надо додуматься! Да и понимаю раз, два, но семь! Где она забыла свои мозги? Видно, там же, куда и мои под шумок утащила!- изливал свое возмущением Дэрек мне, пока уставшая "беременная" изволила ванну в комнате принимать.

Мы сидели у двери, напоминая мне тем самым два тапочка, заботливо поставленных служанкой для своей госпожи, прямо как в томдоме. Жрец опирался спиной о дверь, вытянув свои длинные ноги, а его рука неспешно гладила мой бок.

Из-за угла вышла монахиня, которая так о чем-то замечталась, что меня, и тем более, жреца не увидела. В результате мне наступили на хвост, а об ноги Дэрека спотыкнулись, после чего нас решили обидеть еще и морально, обозвав двумя неприличными словами.

- Монахиня Олим, я вижу Вам очень не терпится, отправиться по домам милостыню просить,- прошипел рассерженно главный мастер, потирая ушибленную часть ноги.

- Простите, главный мастер Эвэнс,- пискнула женщина и засеменила прочь.

- Вот, что за день!- вновь начал жаловаться мужчина. - И, вообще, что за месяц?! Сплошные проблемы и невзгоды.