На мягких лапах

но сделала пять шагов, и невидимая веревка дернул ее назад, теперь уже она сбила мужчину с ног и умастилась сверху него.

- Какого светлого?!- воскликнула Ивильмира, вскакивая и вновь пытаясь дать деру, но все повторилась вновь... и вновь... и вновь...

На седьмой раз мужчина, кажется, попросту потерял сознание, так как стонать он от каждого "возвращения" перестал, а женщина все не прекращала попытки, на ходу декламируя, где она видит того Ричарда с его свитком, храмом и троллями. С последними она видела его в очень подробных и пикантных позах, от чего я сказала девушке, закрыть уши, но та и не подумала, это делать и даже, наоборот, благоговейно слушала каждое слово, потрясенно открыв рот.

Я оглядела этот театр абсурда усталым взглядом и хмыкнула:

- Вот это польстил нам сегодня Хозяин Фортуны, так польстил!

Глава четвертая. Жрец и монашка

На одной дерева-ветке выросла из причудливых длинных веток с большим листьями и желтыми цветами прекрасная беседка с круглым столиком, за которым и восседали для переговоров конкуренты в составе трех лиц и одной морды.

Девушка-уникум пахла горными цветами, очень редкими и от этого незабываемо-прекрасными. А вот запах мужчины чем-то напоминал Мирай, только на его запах, ОНИ не приходили.

- Поговорим?- голос у двуногого был с легким недовольством и возмущением.

- Говори,- милостиво разрешила Ивильмира, обаятельно улыбнувшись, а ее глаза, к моему удивлению, двуногого совсем не рассматривали, хотя они обычно лишь этим и занимаются, стоит только в их поле обозрения появиться мужчине.

Глянув на двуногого с нескрываемым интересом, я попыталась понять, что именно одну вертихвостку в нем не устраивает, и поняла: мужчина был лысым и с какими-то непонятными черными рисунками на черепе, лице и выглядывающей шее, все остальное было скрыто белым балахоном, но думаю, вниманию рисунками не обделено. На лице девушки тоже были рисунки, только зеленого цвета, а на голове росли каштановые вьющиеся волосы.

- Тогда для начала представимся, - сказал, даже скорее приказала двуногий, прижимая мокрую тряпку к подбитому глазу.

На его голом черепе проступала красноватая шишка у лба, а один глаз затянулся синевой. И это ему еще повезло, так как подруга, бегая-летая туда-сюда, явно не заботилась о состоянии мужчины, в чьи "объятья" она и возвращалась раз за разом.