Элизабет де Морель. Тайны улиц Москвы.

Я закрыла глаза и убрала руку тяжело дыша. Что же за изверги тут были? Кого я спасть пытаюсь? Потомков этих монстров? Это же не люди! Они хуже любого из монстров, которого я убила.

Меня трясло от осознания того что я убивала не тех. Люди же сам хуже всяких монстров, они убивают еще более зверски. Я всю жизнь тратила на то чтоб спасать их. Для чего?! Чтоб вот такие изверги жили и убивали?

– К черту всё! – крикнула я. От моего крика все вздрогнули и смотрели на меня. Я села прямо на пол. – Зачем? Зачем кому-то помогать? Люди так часто убивают зверски более слабых.

А кто-то тратит всю свою жизнь на то чтоб им помочь. Зачем? Чтоб потом издевались над слабыми?

– О чем ты? – беспокоясь спросил Сергей, наклоняясь ко мне.

– Тут убивали. Зверски убивали. Не смотря на то ребенок перед ними или взрослый. Женщина беременная или старик. Как они могли так с ними поступать?

– Тогда была война.

– Война — это лишь оправдание. Это не повод насиловать и убивать детей. Дети то при чем? Они не виновны во взрослых играх.

Не уже ли эта жестокость в людях была всегда? Не уже ли я просто слепая, раз не видела этого? Столько войн было, как оправдание жестокости. Убийств. Изнасилований. И где эта хваленная человечность была всегда?

– Лиз успокойся. Что на тебя нашло?

– Хотите искать библиотеку на благо человечества? Ищите! Я палец о палец ради него больше не ударю!

Денис подошел и отвесил мне звонкую пощечину, Сергей бросился на него с кулаками.

– Как ты смеешь! – кричал он, сжимая кулак и намереваясь уже ударить его.

– Если ты не заметил у неё истерика. И лучшего способа успокоить женскую истерику никто еще не придумал.

Я стояла и хватала воздух ртом, но медленно приходила в себя. Да люди бывают жестоки, но монстры, еще более жестоки, и их надо уничтожать. Хотя некоторых людей уничтожить тоже не помешает, есть те, кто более жесток чем монстры.

– Я в норме, – сказала я. – Оставь Дениса. Он всё правильно сделал.

Сергей подошел ко мне обнял и стал ощупывать, словно от одной пощёчины я могла переломать свои кости.

Убедившись, что я не чего себе не сломала он начал настаивать уйти отсюда, он не хотел рисковать мной. Но всё же мы обошли до конца весь подвал в поисках библиотеки, хотя понимали, что это не к чему не приведет. Не будет её в таком месте, но для собственного спокойствия всё же решили проверить.

Когда мы покинули монастырь ночь уже сгущалась над городом, улицы освещали фонари и неоновые вывески.