Мятежники

Агнея занялась шафраном, разобрала цветы, перебирала одни и те же стебли привычными движениями, мяла в руках листву. Солнце склонилось за обед.

— Ох, миледи, — покачала головой Матушка, накрывая ужин, — про жениха думаете?

Агнея неопределённо кивнула, стремясь уйти от разговора.

— Не моё это дело, господам советовать, — Матушка принялась резать овощи. — Лорд Рагнар хорош. А и вы крепко подумайте. Молодым девушкам нравятся красивые, так-то оно так. Только вы присмотритесь. Не обижайтесь на меня, леди.

Я их уж не первый год знаю, Сев мне как сын. И лорда его я хорошо знаю. Сев не хотел вас обидеть, если что и ляпнул, не со зла. Он, эх, дубина неотесанная, сам себе враг. Эх, эх.

Она принялась чистить морковь, что-то сама себя ворча под нос.

— Матушка Хилль, а почему вы капитана Севом называете?

— Так он Сев. Он же родом оттуда, из-под перевала. В тех деревнях, а особ туда подальше к Перекрестью Северинов... Ой, сапог швырнешь — в Северина попадешь. Катарин только больше.

В честь Странного короля и его жены. Народ любит эту историю, вот и поназвали мальчишек, на счастье вроде. Потом его уж здесь прозвали Сверром. Здоровый же он, ему в самый раз, и путать не будешь. Мы уж так, по старой памяти.

— Вот оно что. А, Матушка Хилль, — робко спросила Агнея — а что такое... Я слышала... Когда драконы танцуют…

Агнея боялась услышать ответ, о котором сама начала догадываться. Матушка Хилль её удивила. Она почему-то с грустью посмотрела на гостью и, кротко улыбаясь, закивала:

— Давно уже не видели драконьих свадеб.

— Свадеб?

Агнея уронила деревянную тарелку, которую собиралась поставить на стол. Малыш Хилль занёс свежие дрова и принялся усердно разжигать очаг, навострив уши. Агнея пожалела, что завела разговор. Матушка Хилль продолжала рассказывать:

— Люди их так называли. Давно. Тогда драконы не заключали союзы под сенью Великого Создателя. Дракон поднимал свою подругу в небо, и они танцевали. Остался красивый свадебный обычай.

— Свадебный, — тихо фыркнул у очага Малыш. — Сколько драконов Розка крутила, что-то ещё ни один на ней после этого не женился, и мужем не назвался.

— Да ну тебя, — замахала на него руками Матушка, — я тебе говорю сва-деб-ный! Ты ещё с этой беспутной покрути, я тебе хвост оторву! И в кого ты такой. Отец твой со стыда бы сгорел. Ох, как я жалела, что у меня нет крыльев и я не могу полетать с моим Хольгером, — с тёплой печалью добавила Матушка Хилль.