Мятежники

Тот рыцарь, чей плащ ты взяла, — кастелян повысил голос. Его раздражала манера девушки. — Что с ним?! Он убит? Что с ним, говори же! Ты раздела его, и даже не взглянула?

— Я не знаю сэр, — затрепетала Агнея и опустила лицо, — Создатель, я так испугалась! Я спешила. Было уже темно, когда дракон улетел. Если тот рыцарь ещё жив, вам лучше поторопиться. Раненых много, может, кого-то вы спасёте. Я искала помощи, сэр! Там много людей, простите, и я не знаю их всех поименно.

Сэр Андерс нахмурился, потом подал знак отряду разворачиваться.

Агнее помогли сесть на лошадь. Процессия медленно спускалась с холма, оставляя позади дорогу между Медвежьими холмами. Сэр Андерс хотел забрать плащ сына, но посмотрев, что на Агнее одна рубашка, которая и так задирается выше колен, позволил ей прикрыться. Уже спокойным голосом кастелян принялся допрашивать девушку:

— Как так случилось, что ты не знаешь имени командира?

— Там командовал сэр Пунтус, — запнувшись поправила Агнея.

Кастелян прищурился. Потом цыкнул сквозь зубы.

— Безродье. Сколько же он будет лезть? И как ты вообще попала туда? С кем-то из солдат?

Он брезгливо сморщился. Агнея едва сдержала нарастающее встречное раздражение.

— Простите, сэр. Я послушница Ордена Топора, госпитальера.

— Вот оно что. Извини мою бестактность. Прекрасно, значит, будешь помогать с ранеными. Скачи впереди, ищи место и показывай дорогу.

Кастелян отправил в замок за подмогой, и оставшийся отряд двинулся обратно. Только добравшись до поля битвы, Агнея поняла, в какую западню сама себя загоняла.

Среди поверженных ими врагов в самом деле было много раненых, не говоря уж о тех, кто убежал. И каждый из них мог сейчас же рассказать о том, что среди драконоборцев никаких госпитальер не было, а вот дракона было два. Уповала она только на то, что отряд разношёрстный, одеты в разное, наверняка собирали наспех, и не каждого под забралом знают. Мало ли кто мог поехать.

В темноте осматривали воина за воином. Забирали тела, собирали оружие, помогали раненым.

Агнея сразу повела сэра Андерса к тому месту, где сама стала драконом.

Увидев распростёртого на земле рыцаря в молочно-белых латах, сэр Андерс спешился, упал на колени и стал дрожащими пальцами расстёгивать помявшийся ворот поверженного. Молодой рыцарь лежал там же, где его сбил Сверр, и огромный раненый конь придавил седока. Когда шлем сняли, лицо юноши в свете факелов оказалось мертвенно-бледным. Сэр Андерс глухо застонал.