Чёрная жемчужина Аира

Летиция выпрямилась, медленно сложила письмо и спрятала его в карман. Приди оно сегодня до завтрака, Жильберу Фрессону был бы отправлен вполне исчерпывающий ответ, что его внимание навязчиво и бестактно. Но после разговора с дядей Готье всё вдруг перевернулось с ног на голову.

Жильбер Фрессон? А почему бы и нет?

В свете того, что сказал дядя Готье, Летиция внезапно становилась богатой невестой, наследницей трети поместья, а не просто какой-то там фермы. И такой поклонник, как сын банкира, а может быть, даже жених — чем не лучшая защита от возможных угроз со стороны её родни? Ведь если она принесёт ему треть поместья, то это будет даже больше, чем могла дать кузина Аннет.

Так, может, стоит ему об этом узнать?

Эта мысль показалась ей почти спасительной. Летиция нащупала пальцами письмо и подумала, что встреча в храме Святой Сесиль — её святой — чем не указание небес?

Оставалось только сделать всё правильно. Летиция не питала иллюзий насчёт того, что всё будет просто. Она помнила, с каким любопытством её разглядывали на суаре дамы из альбервилльского общества.

Она помнила сдержанную улыбку матери Жильбера — баронессы Фрессон, её вопросы о Старом Свете, и пренебрежительное поведение мсье Рауля — старшего из Фрессонов. Семья банкира гордится чистотой своей крови и знатным происхождением, и понятно, что от единственного сына они ждут одного — во всех отношениях идеального брака. Вряд ли они обрадуются тому, что Жильбер бросит Аннет и сделает предложение Летиции.

Но если он не сделает такого предложения, то ей лучше паковать чемоданы и убираться в Марсуэн, пока с ней не случилось чего-нибудь плохого.

«Поедешь туда и сгинешь, как моя дурочка Вивьен!».

И на ум так некстати пришли слова бабушки.

Нет уж, сгинуть она не собирается. И ей нужен Жильбер Фрессон, очень нужен. Так что завтра она поедет в храм и сделает всё, чтобы свести мсье Фрессона с ума.

Но до этой встречи ещё нужно как-то дожить. После её вчерашней прогулки в библиотеку от Аннет стоило ожидать чего-то пострашнее глаз, нарисованных на полу.

А главное — завтра в храм нужно улизнуть из дома Бернаров так, чтобы никто за ней не увязался — ни Аннет, ни, упаси Бог, Филипп!

Летиция подумала, что хоть и нехорошо так поступать, но другого выхода у неё не было: ей нужно усыпить бдительность кузины. Она вздохнула, отряхнула платье и, придав своему лицу выражение печали и раскаяния, направилась в дом мириться с Аннет.