Чёрная жемчужина Аира

— Зачем? Пусть катится к аллигаторам! Платья ей покупаешь! А она же… Она же — просто дрянь!

С этим Готье как раз был согласен, но дочь следовало успокоить — как бы её истерика совсем всё не испортила.

— Присядь, Аннет, — он подтолкнул дочь к стулу, плеснул из графина воды в стакан и протянул ей, — вот, возьми, выпей и успокойся. Слезами тут ничего не решишь. Ты же у меня разумная девушка? А теперь послушай…

Готье присел в кресло рядом, закинул ногу на ногу и, сцепив пальцы, обхватил колено. Он смотрел задумчиво в тёмное окно, за которым среди седых нитей ведьминых волос, свисавших с ветвей старого дуба, мелькали редкие пока ещё светлячки.

Вскоре нарастающая летняя жара пригонит сюда целые стаи этих насекомых, призрачным сиянием озаряющих леса и болота в долине Арбонны.

Аннет выпила воды и плакать перестала. Прикладывая к щекам батистовый платок, спросила, внимательно глядя на отца:

— Почему нужно, чтобы она не попала на плантацию?

— Я тебе объясню, но ты должна держать язык за зубами.

Надеюсь, ты понимаешь, что это в наших общих интересах? — ответил Готье, переводя взгляд на дочь.

Аннет умна — вся в него, и лишнего болтать не станет.

— Мы с твоей мамой не говорили тебе этого, но твой дед, будь он неладен, совсем спятил. Написал новое завещание, в котором отдаёт Летиции Бернар большую часть своего имущества, — Готье вздохнул и добавил тише: — А точнее сказать — он отдаёт ей всё. Всю плантацию «Утиный остров».

— Что? Да как же можно! — рот Аннет округлился. — Почему ты не сказал! Да я её теперь ненавижу ещё больше!

— Я не хотел никого расстраивать раньше времени… Но! — Готье поднял палец вверх.

— В его завещании есть одна юридическая тонкость — там написано, что Летиция должна обязательно явиться к нему сама, и произойти это должно до его смерти. Понимаешь? Если это условие не будет исполнено, то завещание можно опротестовать. Его честь — судья Джером — меня в этом вопросе поддержит, и тогда плантацию как минимум поделят на всех наследников поровну.

— И мы что же, отдадим ей половину? — возмущённо спросила Аннет.

— Не половину, а третью часть — ты забываешь про дядю Аллена. Но сейчас-то ей вообще придётся отдать всё, — криво усмехнулся Готье.

— И она об этом знает? — Аннет от возмущения даже икнула.

— Нет, она не знает. Она думает, что наследует просто ферму на полуострове, кусок земли и полсотни рабов. Я сам диктовал письмо помощнику нотариуса и заплатил ему, чтобы тот не послал ей копию завещания.