Чёрная жемчужина Аира

Хорошо, что Жак Перье уже стар и сам больше не пишет бумаг.

— Но, папа! Она что же, может вот так запросто забрать у нас всё? — в голосе Аннет послышались нотки ужаса.

— Не волнуйся, ничего она не заберёт. Я уже придумал, как оставить всё наследство в наших руках. И я знаю, как сделать так, чтобы Жильбер Фрессон перестал интересоваться твоей кузиной в качестве потенциальной невесты.

— И как? — Аннет отставила стакан и впилась глазами в отца.

— Я рассказать тебе пока не могу.

Но вот ты помочь мне можешь.

— Чем? Я всё сделаю, лишь бы избавиться от этой дряни! — с готовностью ответила Аннет, вытирая остатки слёз.

— Ты должна усмирить свой гнев и стать ей лучшей подругой. Ездить с ней по магазинам, в оперу, на балы, и постараться задержать её тут, в городе, как можно дольше. Сделай вид, что тебе безразличен Жильбер Фрессон, и даже похвали её за такой выбор — поверь, скоро он сам от неё отвернётся.

— Но, папа! Я что, должна потакать этой дряни?

— Ты должна быть хитрее, Аннет.

Чему я тебя учил? Чему тебя учила мама? Никто не должен видеть на наших лицах то, о чём мы думаем на самом деле. Ты должна стать для Летиции лучшей кузиной и удержать её в Альбервилле на неделю, а лучше — на две. Вот и всё, что нужно. Своди её в оперу, покупайте наряды, готовьтесь к балу. Ты же сможешь справиться с этим простым делом? — Готье понизил голос и чуть подался вперёд.

— Да! — энергично закивала Аннет.

— И всё рассказывай мне. Где она бывает, о чём говорит. А ещё забери от неё Люсиль. Я пришлю ей другую служанку. И помни: ни в коем случае нельзя говорить ей о том, что дед Анри переписал своё завещание — она должна думать, что ей достанется только ферма. Можешь рассказывать ей о том, как там ужасно, о комарах, лихорадке, аллигаторах и лихих людях на болотах. И что именно поэтому мы редко там бываем. А теперь иди, умойся и больше не давай воли чувствам, пока она здесь.

И не забудь: от того, как хорошо ты умеешь держать себя в руках, зависит твоё… и наше общее будущее.

— Я всё сделаю, папа! — с готовностью кивнула Аннет.

Когда она ушла, Готье послал за сыном. Филипп только что вернулся и ввалился в кабинет отца шумно, принеся с собой запах лошадиного пота и азарта — он снова был на скачках. Суаре у Фрессонов он предпочёл более весёлое времяпрепровождение.