Заложница своей воли

- Но может…

- Сегодня! Не терпит отлагательств. Опасно держать эту мерзость вблизи короля, - проскрипел кардинал и заметил меня.

- Ах, моя дорогая, проходи, проходи.

Инквизитор одарил меня нечитаемым взглядом и, откланявшись Августу, ушел.

- Ваше святейшество, - я присела в реверансе.

Старик молча отправился в свое кресло, и практически завалился в него. Ноги кардинала явно плохо слушались, каждое движение сопровождалось вздохом тяжело-больного человека и шарканьем.

Взгляд упал на висевший на груди алый камень, налившийся темной вязкой глубиной цвета.

Кажется, раньше он был ярче и чище, что ли.

- Вы собираетесь их убить? – глядя в глаза старику спросила.

- Преступников? А что ж еще с ними делать.

- Убийц и воров отправляют на каторгу. Невиновных одаренных на смерть, - не знаю, зачем вообще заговорила об этом. Наверное, винила себя.

Тусклые глаза с налившимися под ними мешками впивались в меня, доставляя дискомфорт. Но не более. Боюсь, что другим было хуже, потому кардинала и боялись. Когда ты для человека, что открытая книга со всеми своими мыслями: иногда греховными, иногда опасными и стыдными.

Мой дар был мне защитой.

- Ты говоришь, что основной постулат церкви ошибочен? – почти шепотом спросил старик.

- Мои слова ничего не значат, ваше святейшество. Глупая блажь, прошу простить.

Старик хмыкнул, но продолжать не стал. Не со мной вести эту игру. Я знала, что он зло в чистом виде, какие законы Создателя может чтить?! А он, кажется, понимал, что припертая к стене с лезвием у горла, я не уверую в его догмы.

И не надо.

Можно верить в то, что мне оставят жизнь, не правда ли, ваше святейшество?

Мысли сочились ядом, умей он их проглядывать, уже бы вызвал инквизиторов. Пока хватало воли сдерживать язык.

- Будет казнь. Король должен присутствовать и сам приговорить фолинтийцев. Сделай.

- Он разве не согласен?

- Глупый мальчишка, стал возмущаться, что это уничтожит любую возможность союза. Та девчонка, в вульгарной одежде, заявила, что в родстве с королевской семьей.

Якобы из династии, а значит, казнить ее, значит развязать войну. Но это если она не лжет, а за стеной узнают. Но я не допущу.

- Грегор много умнее, чем вы… думаете, - тихо выдохнула я и сделала шаг к выходу.

- Ты все поняла?

- Да, ваше сиятельство.

У короля я провела около часа, слушая его монотонные, не требующие вмешательства рассуждения.

Да, он может попытаться еще раз. Фолинтийцы поступили подло. Нет, пока ему не представили доказательств. Мотив не известен.