Заложница своей воли

Та пожевала сухие ввалившиеся губы.

- Я не должна ничего рассказывать, но ведь теперь-то не важно? Слышали мы, что случилось с малышкой Эми, и я побоялась говорить вам сразу. Сюда уже приходили другие инквизиторы, всех перепугали, вот и сглупила старая. Они на нас сразу свою силу спустили, но я ничего не рассказала, лишь плакала, что деточка в беде. Сказали, если мертвой найдут, даже тела не вернут нам. Ох, Создатель! А вы не такой, милорд. У вас глаза...человечные.

Я не перебивал, пока старуха собиралась с мыслями.

- Девочка, правда, нарушила закон?

Кивнул. Отрицать очевидное смысла не было, Эмилия сделала это не единожды.

- Она хорошая, добрая. Не могла зла сделать. И не виновата, что дар проклятый от матери передался. Мы-то уж, думали, беда миновала.

- А теперь, Дорис, расскажите все, что знаете.

- Расскажу, милорд. Только, что с Эми? Я ж ей нянькой была. Крошечку растила. И мать ее вырастила, обе они невиновны ни в чем.

- Дорис…, - я слегка выпрямился, пристально смотря на служанку.

Глава 2

Эмилия.

Было пасмурно, хотя весна давно вступила в права. Солнце несмело пыталось просветить тяжелые низкие тучи. Я наблюдала за этими безуспешными попытками, надеясь все же поймать теплый лучик.

Кофе в моих руках давно остыл, и пить его не хотелось: напиток неприятно горчил.

Я лишь смотрела в окно, даже не думая ни о чем, желая слиться с природой. Но стук в дверь выдернул из этих грез. Отчаянно захотелось запереться. Такое желание возникало каждый раз, когда приходилось покидать покои.

Этот страх таится с первого дня во дворце, хотя прошло уже четыре месяца.

Я очнулась в незнакомом месте, в кровати, на какой не спала очень давно, и не могла понять, жива или нет. В голове было мутно, воспоминания с трудом выплывали и так разрывали виски, что проще было оставить их там навек и не тянуть наружу.

Вокруг кто-то суетился, со мной даже говорили, но смысла слов разобрать не могла. Так продолжалось, пока в меня не влили пахнущую болотом жижу, от которой едва не вырвало.

- Где я? – первый вопрос вырвался сам по себе, пока крутила головой.

Это скорее удивленная мысль, на которую не ждала ответа. И не получила. Служанки тут же выскользнули из комнаты, оставив меня. Хотела было встать, но ноги словно вата, онемели, не слушались. Я принялась их разминать, чувствуя, как маленькие иголочки забегали под кожей, пронзая изнутри.