Связанные смертью

Ведь это моя сестра, не так ли?

Услышав это, руки женщины, подносившие чашку ко рту чтобы сделать глоток, затряслись. Капельки чая разбрызгались по и без того не чистой скатерти, при этом глаза Шарлотты расширились, а рот широко раскрылся. Все это походило на приступ эпилепсии.

- Что с вами?

Подскочив со своего места, я попыталась помочь бедняжке.

- Вам плохо? Вы больны? Где мне взять таблетки? - вопрошала я, глядя на трясущееся тело старушки.

Подняв руку, она указала на один из кухонных шкафчиков. Оказавшись в два счета возле него, попыталась отыскать лекарство.

Но вместо бутылочки со снадобьем, я обнаружила лишь листы с пергаментом и старое чернильное перо.

Вопросительно взглянула на Шарлотту. Та поманила меня обратно. Речь к ней так и не вернулась. И тут мне пришло озарение.

- Заклятье безмолвия, - наконец догадалась я.

Женщина кивнула. Ее морщинистая рука забрала раритетные пергамент и перо и принялась что-то старательно выводить.

- Постойте, не надо! – вскричала я. – Это может навредить вам, столь сильная магия накладывает запрет и на такие действия тоже, это может убить вас.

Я попыталась вырвать перо, но было поздно. Последняя буква была дописана, а мозаика начала потихоньку складываться. По крайне мере стало ясно, внезапная перемена в поведении Криса. Ему не составило труда сложить два и два, как только я рассказал историю о старой экономке и о том, что в его доме, она встретила мою сестру.

«Виктория...» - бывшая невеста Кристиана Моро. Та, кого боготворила мать и отец этого грубияна.

И та, кто мог что-то знать о моем прошлом.

Красная капля упала на пергамент, пока я не верящими глазами снова и снова перечитывала имя.

По щеке экономки текла кровавая слеза.

- Нет, только не это.

Схватив свою сумочку, которую так кстати прихватила с собой, вытрясла все ее содержимое на стол и стала судорожно перебирать бутылочки со снадобьями. Запасы значительно поредели, но я надеялась, что тут найдется хоть что-то.

На мое счастье обнаружила полбутылочки кораллового, он помогал погрузить человека в лечебный сон ровно на сутки, за это время даже серьезные травмы реанимировались, и человек просыпался практически здоровым.

Вещь, конечно, очень дорогая, и я оставляла это на самый крайний случай. Но, видимо, он и наступил.

Чуть ли не силой затолкав зелье в Шарлотту, прибывая в полнейшем стрессе, уложила старушку на потрепанный диван и удалилась, предварительно оставив записку

«Благодарю за то, что вы сделали. И за вашу любовь ко мне с детства.