Призрак несбывшейся мечты

— Пф! Чего это заяц-беляк мне указывает!?

Разозленная и еще более возмущенная принцесса перевела искрящий злобой взгляд на парня, но тут вступился Вильгельм, отодвигая рукой Криона назад.

— Немедленно опусти клинок, Марта.

Принцесса раздосадовано скривилась, смотря в непроглядные щели рогатого шлема принца. Помедлив, Марта опустила меч острием к полу. Мара в свою очередь весьма учтиво подхватила телекинезом брошенные в нее ножны и ловко надела их на меч, вызвав новый приступ злости у рубиноглазой.

Марта скривилась еще сильнее, бросив взгляд на «одетый» меч. Несколькими движениями она прицепила ножны к поясу.

— Что здесь произошло?

Низкий строгий голос Вильгельма не просто остудил накалившуюся обстановку, он ее заморозил. Марта резким жестом руки указала на чернокнижницу, бросая недовольный взгляд на брата.

— Эта змея пытала служанок!

Марта громко воскликнула, пытаясь обвинить в публичной жестокости Мару, но чернокнижница лишь высокомерно приподняла бровь, в ее глазах читалось разочарование умственными способностями принцессы.

Вильгельм перевел невидимый взгляд на черного мага, что Мара ощутила практически мгновенно.

— Служанки распространяли про герцога и меня злостные сплетни, не чураясь сквернословия, пороча честь дома Авалос. За что и поплатились.

Голос чернокнижницы был бесстрастен и спокоен, словно море во время штиля. Головой Мара указала на фигуры служанок с побитыми руками, сидящих на коленях.

Принц в полном доспехе неспешно проследовал до поворота, чтобы посмотреть на сотворённые «изуверства». Даже с пяти метров Вильгельм видел располосованные ладони служанок, будто оставленные ударами заостренных кнутов.

— И чем же миледи их так наказала?

В руках Мары не было ни розг, ни кнутов, поэтому данное сильно заинтересовало парня. Он, конечно, подозревал что это могло быть, но все же для засвидетельствования ему требовалось увидеть это воочию.

В правой руке девушки появился короткий черный хлыст из темной энергии.

— Жестоко использовать против служанок магию.

— За их словесную грязь, каждую из них могла вздернуть на дыбе.

Сетования принца были встречены недовольным выражением лица чернокнижницы и взглядом, где читалось «данная кара - милость». Жестокость показанная черным магов весьма соответствовала ее давнейшей репутации в светском обществе.