Призрак несбывшейся мечты

— Что произошло дальше?

Несмотря на причину конфликта, побои прислуги не являлись чем-то весомым и уж тем более причиной для кровавой стычки между представителем императорской и герцогской семьи. Марта гордо вздернула подбородок и с искренним чувством собственного добродетеля ответила:

— Я не могла смотреть на то, как эта ведьма пытает невинных людей, поэтому…

— Швырнули в мою голову ножны и наставили меч?

Мара ловко дополнила слова принцессы, используя ее небольшую паузу в монологе. Конечно, ее слова также имели ложь, так как удар должен был прийти на руку, держащую хлыст, а не голову, но об этом Мара решила не заострять внимание, ведь сам факт атаки благородной персоны бел неизменным.

— Ты!

Марта злобно зарычала, смотря на невозмутимую мину чернокнижницы. Вильгельм в свою очередь осмотрел черноволосую леди, не заметив и малых ссадин. Ответ напрашивался сам собой, ибо защитных заклинаний от физического урона, тем более такого незначительного было множеством, но принц не мог упустить небольшую лазейку.

— На вас и маленькой царапины нет, леди Мара.

— Я боевой черный маг, умение защищаться - базовый навык любого боевого мага!

Недовольно воскликнула чернокнижница, сведя брови к переносице, от принца послышался довольный фырк.

— Ясно. Я понял вас. Марта, почему ты направила на благородную леди свой меч?

— Эта змея…

— Немедленно перестань оскорблять леди Авалос, ты позоришь корону!

Вильгельм как никто иной знал об отвратительном характере Марты и даже знал причину того, и спускал ей это с рук.

Но в данном конфликте все вырисовывалось очень печально для императорской семьи. В присутствии свидетелей Марта продолжала открыто оскорблять Мару, что только укрепляло позиции последней и делало ее жертвой сумасшедшего нрава принцессы.

— Она пыталась отравить Аврору!

Замявшись из-за резкого голоса брата, принцесса все же высказала свою претензию.

— Леди Мара, это правда?

— Абсолютная ложь.

Я не видела приемную дочь герцога Авалос более десяти лет.

То что сделала принцессы было настоящей клеветой на благородную персону, но принц не мог замять это и поэтому действовал так, как требовала процедура. Спросив мнение обвиняемой, молодой человек тихо сжал зубы до скрежета, так как понимал, что слова Марты полная чушь. Чернокнижница усмехнулась, смотря с неподдельным сомнением в психическом здравии принцессы, опровергая ее ложь.