Алисандра

– Сегодня ваш черед проходить испытание. Каждый день те, у кого ничего не выявится, будут выполнять новые задания.

«А результаты текстовых тестов вы нам сообщите?» – я мысленно обратилась к мужчине.

Уж очень хочется узнать, насколько выше нуля у меня отметка. Или не выше...

Ситамет перестал говорить и бросил на меня грозный взгляд.

Я это вслух сказала?

Посмотрела по сторонам – никто на меня не обратил внимания.

Значит, все-таки мысленно. Но почему он смотрит на меня как на врага народа? Я ведь ничего не сделала, чтобы таким образом выделиться из толпы.

После небольшой паузы мулье Ваормир оторвал от меня взгляд и продолжил:

– Сейчас проследуйте за мной. Заходить будете, когда вас позовут.

Ситамет быстрым шагом направился в ту часть замка, где я еще ни разу не бывала. Сперва он шел прямо по длинному коридору, потом начал поворачивать то влево, то вправо, заставляя ощущать себя не в своей тарелке. Перед глазами мелькали однообразные колонны, иногда картины, сменяющиеся обычными пустыми стенами.

Затем он резко остановился у открытой двери и пригласил нас в комнату с небольшими окошками, низким потолком и одними лишь стульями в качестве мебели. Я остановилась рядом со входом и начала высматривать хоть что-то в ней особенное. Но как ни старалась – не нашла.

– Располагайтесь, – зашел ситамет самым последним, затем скрываясь за второй маленькой дверью, которую я раньше здесь не заметила.

Через небольшой промежуток времени забрали первую девушку. Оттуда, из другой комнаты, не раздавалось никаких звуков. Казалось, там вообще ничего и никого нет. Но вскоре пришли за второй. При этом предыдущая дроу так и не появилась. Пуэлиньи уходили, но не возвращались обратно. Наши ряды постепенно уменьшались. Мне становилось не по себе. Остальные же девушки явно ощущали неприятные нотки страха.

Одни жались группками по углам, тихо перешептывались.

Мне было сложно здесь находиться. Я встала, прошлась, потрясла руками и села обратно. Салатовый цвет пряди уже стал ярче. От собственного волнения удалось отстраниться, но вот переживания остальных я подавить никак не могла. Каждая отрицательная эмоция ощущалась, подпитывала меня, холодила, заставляла нервничать.