Квенты Винкроса. Ловушка для наместника

Тогда почему же постоянно думала о Стайгене? Да, он был красивым, умным и отличался от других мужчин этого мира. Почему их встреча произошла именно здесь, в такой обстановке?

Войны и революции всегда требуют жертв. В прошлом ими стали ее родные: мать, отец, брат. У нее имелась бы любящая семья, которой она была лишена на Земле, она была бы принцессой, а потом и королевой. Арниан отобрал все. Кто-то должен расплатиться за ту войну, и этим «кем-то» будет ан Эрикс — как олицетворение вражеского Арниана.

То, что сейчас она с ним, — лишь часть плана мести.

В моменты таких мыслей Ника начинала чувствовать себя продажной. И, как ни странно, при появлении самого виновника душевных мук все мысли испарялись.

У нее еще есть время: несколько дней или же месяцев, и она будет счастлива, несмотря ни на что. Если после всего выживет, то пусть об этих днях останутся хотя бы воспоминания. А если восстание завершится неудачно, то Стайген убьет ее, и на этом все закончится.

Но как же Пророчество?! Для чего она преодолела расстояние, разделяющее миры?! Она могла жить и на Земле, даже не подозревая обо всем этом.

Но тогда бы Ника никогда не узнала, кто она такая. А кто-то знал заранее и предсказал ее судьбу по звездам. Почему же загадочный пророк не прочитал по тем же звездам, какими невероятными жертвами все окупится для нее?!

С этими тревожными мыслями Ника задремала. А проснулась от горячего дыхания и нежных поцелуев. Она открыла глаза, заметив Стайгена.

— Я соскучился. Знаешь, я погорячился, подозревая тебя в том, чего быть не может.

— Он хотел он что-то добавить, но передумал. — Чем ты занималась в мое отсутствие?

Стайген погладил плечо, с которого сползла сорочка.

— Спала. Ты же не позволяешь мне выходить из дворца, — сонно проворчала Ника, прячась от проворных рук мужчины под одеяло. — Скоро я умру от скуки, и это будет на твоей совести, Стайген.

— Я боюсь за тебя. В городе смута, народ недоволен, а ты теперь моя жена и можешь пострадать, несмотря на то, что ты урсулийка.

Пусть все немного успокоится. Если хочешь, я стану брать тебя иногда с собой, так мне будет спокойней, — ответил он, раздеваясь и не сводя с нее страстного взгляда.

От этих слов на душе стало еще муторней. Почему он боялся за нее: потому что она его жена по приказу короля, или же он к ней неравнодушен?

— Поживем — увидим, — ответила она, чтобы не заводиться, а потом выдохнула: — А как твои дела?

— Все отлично. Но сейчас у меня есть более важное дело.