Квенты Винкроса. Ловушка для наместника

— Не стоит, миледи, — покраснела служанка, отложив в сторону гребень. — Я уже привыкла, что военные так относятся к местным девушкам. В Огненных горах, наверное, все иначе?

— Не совсем так, — кивнула Ника. — Ты пока свободна.

Информации, которую она получила от Карин, достаточно, чтобы понять, что в запасе есть минимум пару часов. Ника больше не желала терять время даром.

Попросив горничную ее не беспокоить, Ника подперла двери, что вели в коридор, тяжелым стулом. Достала ключ, который передал ей Мартин. Она вставила ключ в замочную скважину кабинета Стайгена, осторожно повернула его.

Помещение оказалось закрытым на два оборота.

Прислушиваясь к звукам из коридора, Ника все же отважилась войти внутрь затемненного помещения. Она не раз бывала здесь, но лишь в присутствии Стайгена, и знала обстановку. Чтобы добавить света, она приоткрыла тяжелые шторы, выглянула в окно, поняв, что двор пуст.

Стайген никогда не забывал закрывать за собой дверь. Наверное, эта привычка выработалась с годами.

Но оказавшись здесь в одиночестве, Ника чувствовала себя в кабинете будто впервые. Ника повернулась, взглянула на диванчик, где периодически ночевал Стайген. Теперь света хватало, чтобы рассмотреть и то, что находится на столе.

Над рабочим столом Стайгена висела карта Арниана и Урсула, подобную которой Ника видела и у Эрлен в замке. Теперь, изучив язык, Ника понимала все, что там написано. Она приоткрыла один из ящиков письменного стола, осмотрела все, что находилось сверху.

С чего бы начать?

Она никогда не чувствовала себя такой беспомощной, как в тот момент.

Потом присмотрелась внимательнее к записям на бумагах, что лежали в столе. Среди них наверняка есть что-то полезное.

Она повернулась, решая, куда переписать с них информацию. В этот момент она пожалела, что в Винкросе нет привычных ей ксероксов или компьютеров, они бы значительно облегчили задачу. Поэтому вышла и взяла с полки в гостиной одну из книг, которые приносил ей священник, когда учил читать. Буквы в книге напечатаны примитивным станком, шрифт не слишком яркий, и листы вполне годятся для черновиков.

Эта работа оказалась не такой уж легкой, как казалось на первый взгляд. Быстрый размашистый почерк Стайгена местами Ника едва разбирала.

При этом плохо понимала арнианские слова, ведь письменность двух народов отличалась. Кропотливое занятие осложнялось тем, что приходилось внимательно наблюдать, чтобы чернила не капали на стол, где не имелось ни царапинки.