Как отделаться от жениха и не влюбиться

Те, что призваны отпугнуть герцога, совершенно не годились для новой цели, а дважды надевать одно платье – дурной тон. Герцогиня и графиня меня мигом заклюют.

После утреннего туалета мы с Марьяной до самого завтрака ломали голову, как сделать из меня красавицу, а не чудовище. То цвет, то фасон, то размер, то материал платья никуда не годились. Я совершенно сникла, но Марьяна-кудесница успела за час превратить кукольно-детское платье амарантового цвета со множеством рюшей и бантиков в нечто элегантное и вполне достойное.

Скрупулезно рассматривая себя в зеркало, я решила, что с подвеской и серьгами из рубеллита можно показаться к завтраку. А к обеду наверняка уже прибудут наряды, возможно, с письмами от сестер и матушки. Надеюсь, заодно отец и копию договора приложит. Жаль, что за всеми утренними хлопотами я не успевала до завтрака побеседовать со старым герцогом.

- Марьяна, собери это тряпье и отправь обратно. А как только прибудут мои наряды – немедленно найди меня.

- Будет сделано, ваша милость, - возле дверей девушка обернулась: - простите.

Едва не забыла передать! Сегодня велели к завтраку спускаться в сад, а не в столовую. Вас проводить?

- Благодарю, я найду сама.

Интересно, зачем герцогу – какому бы из них – понадобилось завтракать в саду? Хозяин дома не похож на любителя природы, а Андреас – на романтика. Поправив шляпку, я неспешно побрела к месту встречи, не предвкушая ничего хорошего из этой уличной затеи.

Точнее, природу я страстно любила. Мы, дети Дома ветра любим все, что связано с волей и воздухом, вот и сейчас, стоя посреди цветущего сада, я наслаждалась утренней прохладой, пахнувшей свежестью и соком трав, сладковатым ароматом флоксов и чуть горьковатым – лилий и пионов.

Сонные, цветущие и дремлющие – цветы были прекрасны. Я тронула лепесток пиона, растерев между пальцами ароматную капельку росы:

- Доброе утро, ваша милость, - раздалось за спиной. – Если позволите, то ваша прелесть!

Я закатила глаза и даже поворачиваться не стала:

- Не такое уж оно и доброе, раз вы здесь, герцог Дарби.

- Вы разбиваете мне сердце, - притворно улыбнулся он, все же поймав мой взгляд. Конечно, герцог же меня обошел и рядом встал! Пришлось посмотреть на наглеца: глазки горят, кудрявые локоны уложены один к одному. Никак сам в женихи обряжается и разве что грудью своей с медалью за отвагу в нос мне не тычет. Сделала шаг назад:

- Честно говоря, за излишнюю настойчивость я бы вам еще что-нибудь разбила, да, боюсь, амулет не позволит.