Под тихое мурчание...

Строго говоря, летали по залу всего две птицы – палевая и лимонно-желтая. Остальные сидели в огромных плетеных корзинках, висящих на разной высоте, и еще несколько ходили по полу, волоча за собой длинные хвосты. За одной из гуляющих внизу птиц, тоже светло-желтой, шла целая орава маленьких пушистых комочков, бесхвостых, но с хохолками и длинными острыми клювами. Увидев их, Егор на время забыл о взрослых жар-птицах – их птенцы оказались еще более удивительными. Все они были совсем светлыми, чисто-белыми или кремовыми, и казались ожившими снежками – с той лишь разницей, что от этих «снежков» веяло не холодом, а приятным ласковым теплом.

Молодой человек медленно прошел на середину зала, следом за этими снежными комочками, нагнулся к ним и осторожно протянул руку к одному из них. Он был не таким горячим, как взрослые жар-птицы, и его, наверное, можно было взять в руки, не боясь обжечься, но лимонная мамаша птенцов посмотрела на Грушева сердитым взглядом и щелкнула своим острым клювом, так что он отказался от идеи потрогать малыша.

К счастью, разглядывать своих детей, даже подойдя к ним совсем близко, мать позволяла – она явно не боялась человека, пусть и незнакомого, хотя и не доверяла ему полностью.

- Лучше не трогай их, - посоветовала подошедшая к Егору Таисия. – Сейчас мамаша может и клюнуть – она тебя совсем еще не знает. Если бы ты прожил здесь хотя бы несколько дней и каждый день кормил бы их, тогда они бы к тебе привыкли и дали бы и себя трогать, и птенцов.

Грушев в ответ только вздохнул. Он бы не отказался провести в городе жар-птиц некоторое время, в том числе и для того, чтобы стать для них «своим», покормить их с рук и погладить этих чудесных созданий, но ему надо было как можно раньше вернуться домой, к другим сказочным существам. Оставалось пока утешаться тем, что когда-нибудь в будущем они с Таей снова навестят соседний закрытый город и смогут пожить в нем подольше. А пока стоило просто как можно больше насмотреться на жар-птиц…

Бледно-желтая и палевая птицы, летавшие под потолком, когда Егор вошел в питомник, теперь тоже спланировали на пол.

Остальные пернатые красавицы сидели в гнездах, свесив наружу длинные хвосты, и молодой человек заметил, что, в отличие от птиц, которых он видел в главном здании, все они были очень светлых оттенков – розовые, бежевые, почти белые…

- У них самки светлее самцов? – спросил он, поворачиваясь к Тае.