Под тихое мурчание...

Перед дверью он перехватил свою ношу поудобнее, перевесив ее на левую руку, и правой не без труда дотянулся до дверной ручки и дернул ее на себя. Женщина, которую он нес, чуть слышно охнула.

- Извините, - сказал Грушев, оглядываясь по сторонам. – Сейчас впустим остальных и сами тоже войдем.

- Да конечно, не торопитесь, - отозвалась женщина все тем же тихим голосом. – Я не так уж замерзла, могу подождать…

- Долго ждать вам теперь не придется, - пообещал Егор, и она слабо улыбнулась:

- Я ждала этого всю жизнь – несколько минут точно ничего не решат.

К двери приблизились двое обогнавших Таисию пассажиров – их лица были почти полностью закрыты низко надвинутыми шапками и поднятыми шарфами, так что их невозможно было разглядеть, но со стороны они показались Грушеву глубокими стариками.

- Спасибо вам, - сказал один из них, когда они проходили мимо Егора, и его голос оказался совсем молодым, чуть ли не как у подростка.

После него в пансионат прошла, пошатываясь, Тая – она только кивнула Грушеву с напряженным видом, полностью сосредоточенная на том, чтобы не уронить тяжелого ребенка.

Следом за ней шла еще одна женщина, на вид вполне здоровая – остановившись рядом с Егором, она протянула руку к дверной ручке.

- Идите, отнесите ее внутрь, я подержу дверь, - предложила она, и Грушев, благодарно кивнув, устремился со своей подопечной в тепло – он лишь теперь начал чувствовать, что на улице довольно морозно.

«Видимо, это родственница кого-то из больных или, может, сиделка», - подумал он, поднимаясь по ступенькам.

Кто-то включил на этой обычно темной лестнице свет, а со второго этажа доносился шум множества взволнованных голосов. Егор ускорил шаг, торопясь дойти до этого этажа и узнать, куда нести пациентку дальше, и с легкостью обогнал Полуянову, но потом ему навстречу вдруг выбежали несколько кошек – уже знакомый молодому человеку серо-полосатый Мышебор в окружении таких же полосатых собратьев, которых Грушев пока не отличал друг от друга.

Все они бросились навстречу Егору и замельтешили перед ним, нетерпеливо подпрыгивая и приподнимаясь на задние лапы.

- А ну брысь! Дайте пройти! – шикнул на них молодой человек, и к его немалому удивлению, молодые коты послушно разбежались в разные стороны. Только Мышебор продолжил вертеться прямо перед Грушевым, не обращая на его окрики ни малейшего внимания.