Под тихое мурчание...

Сначала Егору показалось, что он прихрамывает, но потом шофер понял, что дело не в этом – ирландца просто слегка шатало из стороны в сторону, словно у него кружилась голова.

Остановившись перед пассажирской дверцей, Шон взялся за ее ручку, но внезапно закашлялся, схватившись за грудь и еще сильнее пошатнувшись. Грушев открыл эту дверь и протянул ему руку:

- Что с вами? Вам плохо?

О’Нил помотал было головой, похоже, не желая признаваться в своей слабости, но потом со вздохом махнул рукой:

- Да, я немного не рассчитал силы.

Помогите мне забраться…

Поднатужившись, Егор потянул его в кабину обеими руками и втащил на сиденье. Шон при этом кривился от боли, а оказавшись в кабине, опять закашлялся, прижимая ладонь ко рту. Грушев заметил, что руки у него были чем-то испачканы, включил в кабине свет и вздрогнул – обе ладони были в чем-то красном.

Новый знакомый заметил его испуганный взгляд и через силу улыбнулся:

- Не бойтесь заразиться.

Это не туб… не болезнь, которую мне не выговорить! Это я ударился…

Егор продолжал смотреть на него с сомнением, и улыбка Шона стала насмешливой.

- Вам в любом случае нечего бояться. Мы же скоро приедем к йольским котам… к котам-целителям! – сказал ирландец и закашлялся еще сильнее.

В этом он был прав – теперь Грушев точно должен был разворачиваться и ехать назад, в кошачий город.

Отправлять туда своего нового знакомого в таком состоянии он не стал бы, даже если бы по-прежнему хотел сбежать.

А сбегать ему теперь уже точно никуда не хотелось, внезапно понял Егор. Все сомнения, от которых он до последнего момента не мог избавиться, после встречи с Шоном исчезли без следа. Кем бы ни был этот парень, откуда бы он ни приехал в Россию и что бы ни случилось с ним по дороге, ему явно пришлось бороться с кем-то сильным. Он не только плевался кровью – разглядев его получше при свете, Грушев заметил и багровый кровоподтек на скуле, и разбитые костяшки пальцев.

Это значило, что те, с кем он дрался, могли последовать за ним и каким-то образом тоже попасть в кошачий город. И они явно были опасны для города – и для Таисии, которая, видимо, именно поэтому и попросила Егора доставить к ней Шона в такой тайне. А оставлять Таисию в опасности Грушев точно не собирался.