Истинная вера. Книга первая

— Эй, — вскрикнул Зак, бросая на Эдварда возмущенно-обиженный взгляд. — Это моя девушка. Найди себе другую самую лучшую и женись на ней сколько хочешь!

— Твоя-твоя, — Эдвард задумчиво вздохнул. — Н-да, выступать в роли тирана как-то не хочется. Но выхода, похоже, нет. Во что бы то ни стало, Амелина Гисбах обязана остаться во дворце.

— Нейт, прошу, представь меня семейству Гисбах, я тоже хочу потанцевать с Амелиной, — Зак уже не слушал брата, обращаясь к Натаниэлю.

— Зак, ты что, правда хочешь встретиться с бароном? — полушепотом произнес Натаниэль.

— А ты предлагаешь жениться на его дочери не будучи представленным? — ехидно уточнил младший принц, сощурившись.

— Я не об этом! Ведь он… Я бы никогда не смог простить! — Натаниэль сжал кулаки, от его беззаботной улыбки не осталось и следа.

Да, он бы точно не смог простить. Да он и не простил. На протяжении нескольких месяцев Натаниэль, не зная отдыха, разыскивал убийцу своего отца. И меч в его руке не дрогнул.

Возможно, будь Гидеон Райт убит в честном поединке, одержимость Натаниэля не была бы столь велика. Но правда такова, что в открытом бою Гидеон был непобедим. Свой дар — предугадывать выпады противника, практически ощущая их кожей — Натаниэль унаследовал именно от отца.

Лорда Райта, по свидетельству очевидцев, подло сразили стрелой в спину. После чего он еще какое-то время отбивался с помощью магии, пока силы совсем не оставили.

А тут — толпа негодяев против беззащитной женщины.

Как такое можно простить? Ну как?!

— Эй, Нейт, — Зак моментально оказался рядом с другом, положил ладони ему на плечи и легонько встряхнул. — Все не так, слышишь? Я понимаю, о чем ты думаешь. Но, прошу, не ровняй запутавшегося молодого парня с ублюдками, напавшими на имение Гевиттеров. Он не хотел никого убивать и остался помочь, зная, что ему смерть грозит.

— Ну да, никого, кроме одного-двух сопливых мальчишек, — буркнул Натаниэль, пытаясь сдержать очередную волну гнева.

Знакомство с бароном далось довольно легко, но сейчас, когда Натаниэль узнал подлинные причины внесения Гисбаха в ряды неблагонадежных, очарование его юных дочерей едва ли могло пересилить неприязнь и отвращение. Эдварду тогда было лет десять-одиннадцать, столько же, сколько его нареченной, Эйлит Гевиттер...

— Им внушили, что я монстр, Нейт, — спокойно сказал принц. — Зак прав, тут другое. И ты сам говоришь, что девушка милая.