Если верить лисам I

На краю ее стола стояла злосчастная чаша. И я заметила, как стражники осторожно пробираются мимо нее, с опаской глядя на остывшее варево.

Проследив за моим взглядом, Йормэ хмыкнул.

— Давно она уже никого отравить не пыталась.

***

Элла несколько дней после ужина не попадалась на глаза. Юны тоже не было видно, и ходили слухи, что у отдела охраны общественного порядка были тяжелые времена. Из-за действий Мясника и грамотной работы провокаторов волнения на улицах лишь набирали силу.

Все чаще можно было услышать мнение, что виной всему король и все круги советов.

Аристократов и раньше не очень жаловали, а после того, как кто-то зародил в умах простых граждан мысль, что все беды из-за равнодушия благородных, отношение к ним и вовсе испортилось.

Чем больше росло недовольство, тем неспокойнее становилось на улицах. В центре города пока еще было тихо, но мне было неспокойно, потому что я не знала, когда все переменится.

Как говорил лис, вспышки агрессии происходили после каждого нового убийства и сходили на нет через некоторое время.

И этот раз исключением не был.

Еще через два дня во время обеда столовую посетила Элла, Юна и молчаливый парень. Третьей девушки, с выбритыми висками, видно не было.

Если бы за одним столом с лисом не сидел Дайн, Элла, наверное, была бы понастойчивее, но дурная слава отравителя помогала не только справиться с многолюдной очередью, Йормэ от ненужного внимания она тоже защитила.

Элла проплыла мимо, задержавшись рядом с лисом лишь на мгновение. Чтобы поздороваться и бросить на меня один короткий презрительный взгляд.

Юна, слабо улыбнувшись, махнула мне рукой.

Лиса перекосило, и он отвернулся, но Эллу это не задело. Она постоянно оборачивалась, пока шла до раздаточного стола, и выглядела довольной. Может, решила, что Йормэ так смущается. Или считала, что все еще впереди…

— Так ты ее не отпугнешь, — со знанием дела заметил Дайн. Он раньше нас разделался с обедом и пил мелкими глотками чай, не торопясь уходить. — Ненависть, презрение, злость — тоже эмоции. Пока ты тратишь время на то, чтобы что-то чувствовать к этой девушке, у нее будет надежда.

— И что ты предлагаешь?

Лис, до этого с аппетитом уплетавший рагу матушки Брэнс, неожиданно потерял аппетит и с раздражением тыкал вилкой в мясо.

— Игнорируй ее. Твое равнодушие остудит ее пыл.

Я невольно фыркнула, подавилась и закашлялась. Непрожеванный кусок застрял в горле, и Йормэ хорошенечко стукнул меня по спине несколько раз, едва не макнув в размазанный по тарелке соус.