Белая ведьма Азеила

А потому неожиданно выскочивший на берег мальчишка не вызвал ничего, кроме досады. Помеха, от которой желательно поскорее избавиться. Но, само собой, белая ведьма никак не могла проигнорировать несчастную мордашку паренька. И наказание не заставило себя ждать.

Форму солдат он сразу узнал. Так обозначались служаки королевств под властью его отца. По сути, его подчиненные, хотя собственный статус вызывал у Клария определенные сомнения. Возможность узнать, как отреагировал отец на бегство Вейланы и его в нем участие, темному рыцарю пока не представилась.

Черный колдун мог объявить своего сына вне закона, и тогда его солдаты имели право не подчиняться приказам Клария. А мог и умолчать об инциденте, уверенный, что вскоре сын вернется с повинной. Проверять не хотелось.

Возможно, он бы дал шанс им уйти, не посмей они покуситься на Вейлану. Его Вейлану! Ярость затуманила разум, он набросился на солдат, не раздумывая. И прикончил их безо всякой жалости.

А затем обнаружил, что Вейланы на поляне нет. Глупая девчонка посмела сбежать! Неудовлетворенная, ярость требовала выхода, и Кларий, вскочив в машину, бросился в погоню.

Далеко она не ушла. Но лучше бы продолжала бегство, чем стоять вот так, в обнимочку с незнакомым мальчишкой. Кларий практически не контролировал себя, когда преградил им путь самоходкой и выскочил, чтобы оторвать друг от друга. Первым его желанием было убить наглого мальчишку, который посмел прикасаться к Вейлане. Но перевесило иное. Темного рыцаря трясло от злости при мысли, что она обнимала какого-то оборвыша так, как никогда не обнимет его самого.

Злость, обида, зависть – все это переплелось в его душе темным клубком. И, когда девчонка встала на защиту незнакомца, со всей своей отчаянной храбростью, Кларий на миг обезумел. Словно сама собой поднялась его рука, хлестко встретившись со щекой Вейланы. И вид крови, алым росчерком обезобразившей безупречно белую кожу девушки, мгновенно его отрезвил. Кларий отступил на шаг, не веря, что это он ударил ее.

Нет, Кларий никогда не был пай-мальчиком. Ему доводилось бить женщин, причинять им вред как физически, так и морально. И он никогда не испытывал по этому поводу никаких угрызений совести. Он не видел принципиальной разницы между мужчиной, женщиной или ребенком, если кто-то смел встать у него на пути. Но Вейлана… как бы она ни злила его своими поступками, он не хотел причинять ей боль. И потому растерянно смотрел, как наполняются слезами ее небесно-голубые глаза.