Верни меня, если сможешь...

— Думаю, если бы во мне было что—то такое, я бы уже вернулась домой, а не осложняла жизнь виэра Тиберия своим присутствием, — уже с раздражением ответила я.

Я, конечно, понимаю, что его работа — во всём видеть подвох. Но на самом деле, ничего плохого я не сделала: ни в своём, ни в этом мире, попадать сюда не рвалась, и это пристальное внимание меня жуть как напрягало. Надо заканчивать это разговор.

— Это тоже верно, но Вы же не помните, куда, — словно почувствовав моё напряжение, мужчина немного отодвинулся и вдруг протянул мне ладонь.

— Я сейчас прощупаю Вашу ауру…

— Простите, что вы сделаете? — начала быстро моргать, пытаясь переварить услышанное.

— Исследую ауру, — пояснил он так спокойно, будто предложил пульс прощупать.

«Эээ, нет, этого точно позволять нельзя, а вдруг там подпись какая типа землянка—иномирянка, держи её!»

— Нет, — отчеканила, смело, глядя в его серебро глаз.

— Что нет? — теперь уже он непонимающе заморгал.

— Нет. Вы не будете щупать мою ауру, — повторила отказ.

— Почему? — растерянно, прищурился дознаватель. — На Вас могут стоять блоки, да и если вы способны к перемещениям, я смогу разглядеть, — начал разъяснять он.

— Я сказала, нет. Я Вас знаю пять минут от силы, о каком прощупывании может идти речь?

— Но это поможет в расследовании, — теперь уже раздражённые нотки слышались в его голосе.

— Послушайте, если у меня есть блоки, то это мои блоки, — не отрывая своих глаз от его, начала своё нападение. — И, насколько мне известно, термин «расследование», применяется, когда совершается преступление.

Ведётся поиск улик, расспрос свидетелей. Я не считаю себя преступницей, если, конечно, попасть под лошадь, вы не расцениваете, как что—то преступное. Брату Вашему я предлагала отпустить меня восвояси и забыть о происшедшем. Но он почему–то решил, что в чём–то ответственен и предложил остаться до просветления моей памяти. А если Вы считаете, что я злоупотребляю его гостеприимством, то сейчас же пойду и вновь повторю, предложенный мной прошлый раз, выход из этого положения, — выпалила я на одном дыхании.

«Фуф, готово. Думаю, таких доводов ему будет достаточно, и он отстанет от меня, как и его брат».

Во взгляде виэра промелькнули холодные искры ярости. Показалось что он сорвёт эту пресловутую ауру с меня прямо сейчас, но он молча встал.

— Вира, — проговорил Рэйсон сквозь сжатые зубы, склоняя чуть голову и отчеканивая шаг, ушёл в том же направлении, что и Тиберий.