Одри, герцогиня Йорк

И никогда бы не подумал, что вы это умеете.

- Что именно? - растерялась я.

- Злиться. Я даже ни разу не слышал, чтобы вы кричали на кого бы то ни было, хотя поводов было немерено, - подзудил меня собеседник.

Его слова рассмешили.

- Ещё как могу и практикую, только в душе, стараюсь внешне не показывать злость и недовольство, и не люблю почём зря сотрясать воздух, - покачала головой. А затем добавила, став серьёзной: - Наши вакцины не позволят умереть ни одному заражённому, вот только… - я досадливо поморщилась, - почему-то через сутки магический эфир рассеивается в склянках, где содержится антиген, и средство становится бесполезным.

- Получается, если человек заболел, то лекарство нужно готовить вот прямо сейчас?

Я закрыла глаза и подавила на них подушечками пальцев; я мало спала в последнее время, ломая голову над многими вещами, и теперь было такое ощущение, будто у меня под веками насыпали песок, который причинял неимоверные страдания:

- Консерванты, стабилизаторы, всё это необходимо, но, увы, я в растерянности, как их создать? В общем, сегодня приготовят первую партию свежей вакцины, а завтра с утра мы начнём прививать горожан, у кого нет магоисточника.

Я попрощалась со стариком Жозером и задумчиво посмотрела в окно на стены замка, оглядела учебный класс. Один из флигелей освободили от хлама, отмыли, поставили свежие парты и стулья. И теперь здесь занимались мои эгрографы. Уроки были закрытые, и присутствовать посторонним строго воспрещалось.

Скоро закончится второй весенний месяц, Ульрих так и не прибыл, я вспомнила о нём вчера. И удивилась: королю ведь так необходим мой браслет, так где же он? Но, если честно, обрадовалась, что мужчина потерялся, и без него хлопот выше крыши. Не знаю, за что браться и как всё успеть. И только правителя соседней страны, что-то вынюхивающего, мне не хватало для полного счастья.

Вернувшись за стол, вынула чертежи.

"Проект железной дороги" - по-русски было написано на первом листе.

- Мечтать не вредно, вредно не мечтать, - пропела я, повертела исписанный и исчерченный пергамент в руках и положила обратно, закрыла кожаную папку и активировала специальный защитный код. Никто, кроме меня, не сможет увидеть эти документы. И понять.

Закрыв флигель, кивнула гвардейцу и поспешила в замок.