Янтарное сердце Амити

«Только не перекличка-только не перекличка-только не перекличка!» – мысленно взмолилась я.

– А теперь проведём перекличку.

«Твою белладонну!»

– Айвари Мирай.

– Здесь, – мгновенно откликнулась моя соседка, а меня захлестнула паника.

– Джури Раст.

– Здесь, – вальяжно отозвался задира на заднем ряду и хмыкнул.

Наверняка отметил тот факт, что в списке рядом с Мирай, которая посмела ему перечить. Я же была на грани того, чтобы сойти с ума. А если декан узнаёт меня по имени?

– Дийстра Силика.

– Здесь.

А может и не узнаёт.

Мало что ли Флоренсов в нашем городе? Тем более на вывеске магазинчика было написано «Лив и Лав», а не «Лив и Лаветта».

– Жусьен Торбальт…

Белладонна… А если все равно что-нибудь да поймет? Как же хорошо, что моя фамилия на букву «Ф» и я в конце списка. Есть время подумать.

– Здесь!

Вот только я понятия не имею, что такого придумать!

– Истан Кай.

– Здесь, – раздался приятный и немного вальяжный голос.

На миг позабыв о своих переживаниях, я нашла взглядом говорящего, которым оказался тот самый Принц из свиты сестёр.

Так вот как его зовут: Кай.

– Колин Грег… Констант Нейл…– продолжал перечислять декан, неспешно подбираясь к концу списка, и я чуть не вздрогнула, только он огласил: – Мальвин Ванессия.

И Несс громко ответила:

– Здесь!

Слишком громко, отчего у меня в груди всё сжалось, когда Флэмвель медленно (на самом деле обычно, но от страха мне чудилось обратное) начал поднимать взор, чтобы глянуть на Несс, хотя до этого на других учеников даже не взглянул (чтоб тебя, Несс!).

Я молниеносно дёрнула за край шляпки, спустив её так низко, что сама перестала видеть и аудиторию, и декана, только небольшой кусок стола. В голове поднялся вихрь, а сердце пропустило несколько ударов, прежде чем декан вновь продолжил говорить. Только мне показалось, или после недолгого молчания он начал перечислять имена быстрее.

– Миреваль Сенжи…

– Лав, ты видела? Он на меня посмотрел! – пришла в восторг Ванессия, а, услышав имя Сенжи, обратилась уже к нему. – Ух ты, а мы в списке соседи!

– Да, – услышала я смущенный голос Сенжи, пока декан почти без остановки продолжал:

– Найтон Рич, Нэдин Аника, Ольвальт Зан…

И вдруг повисло молчание.

Если раньше без конца звучало «здесь», то сейчас в аудитории воцарилась тишина – тот, кого назвали Ольвальт Зан так и не откликнулся. Неужели не пришел? От любопытства я даже осмелилась край шляпки приподнять, чтобы осмотреться, и заметила, как Шкаф в первом ряду слева от Аники поднял руку вверх.