Извините, но я люблю злодея!

Он не отходил от меня, поэтому даже тот факт, что я развернулась, позволил длинным чёрным волосам до сих пор покоиться на моих плечах. Такие густые, тяжёлые, прямые — мечта любой девушки. Да, мне ни в этой, ни в прошлой жизни подобные не доставались. Но мне хочется, чтобы он знал простую истину:

— Я не боюсь, — произнесла, смотря в алые глаза.

— Элион… — вздохнул молодой герцог. — Что бы ни случилось, продолжай смотреть на меня так. Очень прошу.

О чём ты просишь, чёрт? Я люблю тебя и едва сдерживаюсь, чтобы не накинуться и не начать «утешать».

А всё почему? Да потому, что безумно ценю! И мне чертовски страшен не ты, а то, что если всё раскроется, и ты узнаешь правду, то в это же мгновение нашей так называемой дружбе придёт конец. Уж лучше быть идиоткой в твоих глазах, чем очередным персонажем, к которому ты и подойти не сможешь.

Так-то я сейчас кто? Глупая девушка, у которой семейная ситуация чем-то схожа с ситуацией Элвина. А что будет потом? Обманщица, лгунья, злодейка, которую пригрели в доме герцогов.

И это правда.

Эх, атмосфера реально давит. Это тепло, что исходит от тела парня, его манящие глаза, таинственная темнота, дурманящие волосы… Боже, на эти волосы молиться можно. Такие сильные и здоровые. Я не удержалась, взяла одну прядь и поднесла к своему лицу, желая почувствовать, насколько же они мягкие. И не сразу осознала, что вообще происходит и что Элвин всё это время смотрел на меня.

— Тебе нравятся мои волосы? — спросил он немного удивлённый.

— Угу… — только и могла ответить, немного сбитая с толку и не представляя, как повернутся далее события.

— Хах… — услышала скорее шепот, но я уверена, что это был смех. Да. Определённо, это был смех, хотя улыбки в темноте и не видно. — Тогда… — продолжил Элвин. — Графиня Элион Девон, не окажите ли мне честь привести мои волосы в порядок?

Парень, я, в принципе, готова тебя обесчестить, но боюсь, что подобного твоя психика не выдержит. Поэтому остаётся довольствоваться только волосами. Эх…

Элвин щёлкнул пальцами, после чего шторы в его комнате одновременно распахнулись, пропуская солнечный свет в помещение и разрушая интимную обстановку.

Однако теперь я действительно осознала, в какой опасности. В очень дерьмовой опасности.

Передо мной был молодой высокий парень, который явно не собирался с кем-либо беседовать. Максимум готовился ко сну, так говорила его одежда. На нём были брюки, но он стоял совершенно босой. Белоснежная рубашка помята и расстёгнута, обнажая идеальный торс молодого человека.