Извините, но я люблю злодея!

— Могу ли я здраво мыслить? Ещё как. Причём уже давно. Но понимаю ли я вас? Нет. Вообще не понимаю. И, к вашему сведенью, меня зовут Элион Девон. Не Дурнушка. Прошу запомнить, — в завершении ко всему, сделала небольшой реверанс, после чего моя мать лишилась чувств и потеряла сознание.

— Матушка! — крикнула Аннабель, подбегая к графине.

Ну что ж… Приму это как вишенку на торте.

Пора двигаться дальше.

***

Это конец.

Конец моей жизни в этом месте. Всё было решено быстро и без каких-либо промедлений. Хозяева поместья хоть и были в шоке, но сказали мне ясно, что после недавнего… держать с собой рядом такого человека не смогут.

Да, я знала, что когда-нибудь этот день настанет. Но хотела уйти достойно. Избавилась от этой вечной одежды горничной, надела изысканное платье, которое сшил мне Виноградик. Расплела и уложила светлые волосы и не забыла о лёгкой косметике, чтобы подчеркнуть достоинства.

Личных вещей было не так уж много, поэтому собирать практически нечего.

Герцоги, графы, маркизы, горничные… все слетелись в центральном коридоре, чтобы лично убедиться в том, что я нормальная и слухи не врут. Единственный, кто отсутствовал — Элвин. Должно быть, он в буквальном смысле ненавидит меня, раз даже попрощаться не вышел. Но это целиком и полностью моя вина. Так что жаловаться я не смею.

Когда же здешние семьи увидели меня, им пришлось несколько раз моргнуть и ущипнуть себя, чтобы убедиться, что я реальна.

— Это… — доносился шёпот.

Я видела их взгляды. Их шок, удивление, непонимание, неверие и отрицание. Видела. Алан прорывался ко мне, но его чуть ли не цепями сдерживали. Я лишь слегка покачала отрицательно головой, давая понять, чтобы он ничего не предпринимал. Я не могу его с собой взять, так как сама не знаю, куда иду. Мальчик подчинился, но ясное дело, что ненадолго.

— Сестрёнка… — шептала Аннабель плача, но я сделала вид, что не заметила.

— Элион… — шептал Фредерик, также смотря на меня так, словно увидел впервые в жизни.

Ну и пусть. Вышла на улицу, но не одна. За мной летел Виноградик, который держал в лапах огромную сумку и своей «приятной» внешностью заставлял некоторых служанок терять сознание. А также единым строем за мной маршировали матрас, одеяло и подушка. Вот уже от этого вида теряли сознание и некоторые слуги-мужчины.

Когда я практически дошла до ворот, меня окликнул детский голос. К моему удивлению, это был маркиз. Уильям.