Исцелить сердце дракона

Солоноватый, отдающий рыбным ароматом с примесью водорослей, воздух определенно пропитан бурлившим неподалеку от поместья морем. Встала у распахнутого окна в надежде высмотреть кусочек песчаного побережья, как вдруг о бедро ударилась уборочная тележка.

Оглянулась резковато.

Даже голова на мгновенье закружилась. Замерла не от волнения или испуга – вспомнила, зачем, собственно сюда пришла. Часы в форме пятилучевой звезды неумолимо отсчитывали время, показывая двадцать минут девятого. Это отозвалось в душе тянущим чувством тревоги, напоминая - на все про все у меня около сорока минут.

Не так уж много, учитывая габариты этих царственных апартаментов.

Переведя взгляд на тележку, замершую у ног словно сторожевой пес, я искренне улыбнулась:

- Спасибо за напоминание.

Она откликнулась тем, что слегка отплыла и снова ткнулась в бедро неострым краем.

Живая, обладающая интеллектом и чувствами? До этого не обращала на нее никакого внимания. А теперь ужасно захотелось осмотреть выданный мне инвентарь. С виду вроде не отличается от земного – откуда в «нем» столько эмоций?

Потерев ладонь о ладонь, я вернулась в гостиную и окинула предстоящий фронт работы в виде двух огромных комнат и засыпанного сухим плющом балкона.

С детства приученная к чистоте и порядку, никогда не считала чем-то зазорным взять тряпку и вытереть, к примеру, разлитое на паркет молоко. Олег терпеть этого во мне не мог, насильно насаждая мнение, что жене бизнесмена зазорно наводить чистоту своими руками и, вообще, прикасаться к чему-то тяжелее дамской сумочки. Максимум, поправить съехавшую на середину дивана подушку или сварить с утра кофе. Для всего остального в доме прислуга.

Я поморщилась.

Воспоминание о бывшем муже кольнуло сердце острее, чем могла ожидать. Отрицать, что душа все еще переполнена к нему нежными чувствами бессмысленно. Да и зачем обманываться, что якобы равнодушна к Олегу, если все еще его люблю? Пусть невольно, пусть это причиняет дикую боль, но люблю и ничего не могу с собой поделать…

В любом случае, где бы он сейчас ни был – с Анжеликой или один, чувствует он себя получше моего.

Глаза защипало от слез. Надо же, не плакала со дня подачи заявления в суд. Тогда пролила, наверно, ведра три, уткнувшись лицом в одеяло. А потом, как отрезало и ни слезинки.

Упрямо тряхнула головой, как привыкла с детства, когда с кем-то спорила, отстаивая свою правоту, и строго-настрого запретила себе расклеиваться. Нашла время тревожить душу дополнительным волнением.