Проклятие Принца

Мужчина расплылся, принимая очертания грузного пожилого господина Видьера, потом стряхнул чары и снова стал молодым и статным.

— Всё верно, иллюзия, — довольно улыбаясь, признался он. – Жаль, что ты так быстро меня раскусила. Хотя признаться, игра стала меня несколько утомлять.

— Какой облик ваш настоящий? – осторожно поинтересовалась Вильда.

— Какой нравится? Хотя тебе должно быть без разницы. Кстати, кто раздернул шторы и открыл окна? – нахмурился Рессар, быстро захлопывая створки и задергивая портьеры.

– Терпеть не могу солнечный свет.

— Господин Видьер, могу я уточнить?

— Что именно?

— Вы ведь не собираетесь со мной спать? – она могла поклясться, что не привлекает хозяина как девушка.

Вильда плохо различала его в затемненной комнате, ориентировалась скорее на звук шагов и голос.

— Спать я предпочитаю один.

— У вас есть Калита.

Он хмыкнул.

— И есть ты. Я купил тебя. И если позову однажды – ты придешь.

Вильда вздохнула, выбора у нее не было.

— Что-то еще? – видимо он ждал от нее возражений, но разве хозяину возражают?

— Да. Почему вы всегда носите перчатки?

Она кожей почувствовала распространяющийся от него холод:

— Если хочешь жить долго и счастливо, стань невидимкой в моем доме. Мне понадобятся от тебя услуги, но не те, которые умело дарит Калита. Так что не выбешивай меня своим присутствием.

Вильда поспешно покинула покои господина, чертыхаясь, что забыла корзину в его гардеробной.

***

Спустя месяц

— Разве ты не чувствуешь его, когда целуешься с ним в постели? – удивилась Вильда откровениям Калиты.

Сама колдунья от того единственного поцелуя почувствовала его всего, даже отсутствие интереса к себе. Но Калита, которая каждую ночь вот уже месяц проводила в его постели, совершенно не чувствовала, когда меняется настроение Рессара.

— Ничего такого не происходит! Я делаю ему приятно, как всегда, и вдруг он раздражается и вышвыривает меня из спальни.

Уже третий день запрещает на глаза показываться. Я не понимаю, что происходит? Может я ему разонравилась? – Калита всхлипнула и потянулась за полотенцем, висевшим у Вильды над плитой.

Та поспешно хлопнула чернявочку по рукам и тут же заменила полотенце фартуком.

— Лучше этим вытирай, полотенцем я еду достаю.

Калита шумно высморкалась в фартук и тяжело вздохнула:

— Он уже прогонял, ты же помнишь – недели полторы назад. Но потом снова звал.