Шаманка-2. Жена слепого мага

Так мы окажемся почти в центре зала.

От волнения Франко одеревенел. Только что освещал особняк младшего брата улыбкой, и вмиг растерял всю уверенность. Вступление повторили дважды, трижды, но мы едва успели полкруга сделать и снова остановились. Готфри почувствовал, что что-то не так. Оглянулся на меня, кивнул и больше не пытался попадать мелодией в танец. Оркестр играл дальше.

— Прости, — Франко опустил голову. — Я надеялся, что будет легче.

Собственные проблемы с “я не умею танцевать, как урождённые аристократы” резко ушли на второй план.

Я слушала голоса скрипок, переборы струн арфы и не знала, что отвечать. “Тебе нужно расслабиться, забыть, что на нас смотрят” — не сработает. Разуму Франко в темноте не за что зацепиться. А когда уходит опора из-под ног, мгновенно вылезают внутренние демоны. “Я калека. Я неполноценен и больше не могу танцевать”.

— Ты говорил, что вспомнил прошлую жизнь. Когда был Даргой.

— Да, — едва слышно прозвучал ответ.

Я наклонилась к его уху, стараясь унять собственное сердце.

Колотилось, проклятое.

— Значит, глубокий транс тоже помнишь. Тело становится лёгким, неутомимым. Два часа в бубен бьёшь — и не замечаешь. Ходишь по комнате, перемещаясь из прошлого в будущее. Гостей из бездны приветствуешь поклоном. А комнаты маленькие. Что юрты соплеменников принцессы, что моя однушка в столице. Я ведь ни разу никуда не врезалась. Не споткнулась, не упала и не отдавила никому ноги. Магия? Нет. Шаманы так умеют. Мы телом “видим” пространство. Чем ближе препятствие, тем меньше шаг.

Осторожнее движения. И если встречи со стеной не избежать — ты мягко её коснёшься.

Он расслабился, слушая меня. И Готфри сделал знак музыкантам играть тише.

— Я в трансе закрываю глаза. Ещё и маску ношу из чёрных нитей. Они спускаются из-под обода шапки и прячут лицо. Ты тоже так умеешь. Думал, что тебе помогает эссенция, но это не так. Тело помнит. Твоё тело шамана всё сделает за тебя. Просто позволь ему.

Франко крепче сжал мою руку. Да, он не умел сдаваться, но даже самому сильному человеку нужна поддержка.

Я кивнула дирижёру оркестра и снова отвернулась, вставая в позу. Один удар сердца, второй. Вступление, скрипки, арфа… И Франко повёл меня в танце по залу.

Огни закружились. Паркет скользил под носками туфель. Я перестала считать шаги, держать спину и думать, как лежат руки. Моё тело тоже стало лёгким, и туманом заволокло голову. Оркестр исчез. Бальный зал особняка Гвидичи перестал существовать. Музыка звучала словно в пустоте.