Тайные улицы, странные места

Они же про него, точно — про него! Или нет?

Но тут же лёг, зажмуриваясь и почти не дыша: в двери вошёл Отан, кашлянул тихо, в два шага оказываясь между коек. И долго, кажется, целую вечность, стоял неподвижно, возвышаясь над спящими. Потом зашуршал под койкой Жени, тихо прозвенели пряжки. Вышел, прикрывая дверь, и было слышно, расправив спальник, улёгся сбоку от входа, где была сколочена у стены широкая крепкая лавка.

***

Наутро, совершая обыденные утренние дела, Женька поднывал внутри от любопытства и нетерпения, а ещё — возвращался мыслями к ночной беседе Отана с кем-то, и раздумывал, спросить ли Женю.

А вдруг просто приснилось? Когда уселся перед очагом и, обжигаясь, пил мелкими глотками горячий кофе из жестяной кружки, мысль о сне вдруг продолжилась непонятно откуда пришедшим воспоминанием. Ночной голос вызвал в памяти лицо. И вот о нём Женька мог поклясться, никогда в жизни его не видел. Разве что приснилось. А значит, думал он с облегчением, но и разочарованием, беседа о мириадах солёных частиц на ладони Кой-Аша — наверняка, такой же сон. Такой же, как это узкое ледяное лицо с огромными глазами, полными кристалликов льда. Соль и лёд, они так похожи…

— Озеро, — он поставил кружку на колено, зашипел, приподнимая, обратил взгляд на Женю, которая, блестя умытым лицом, тоже пила кофе напротив, — оно как называется?

— Кой-Аш, — ответила Женя, — ты не знал разве? На всех картах есть.

— Ну да. Да. — он поднял кружку повыше, потому что снова обжёг коленку, когда она это сказала.

— Туристов стало больше, — вздохнула Женя, поворачиваясь к далёкому спуску на косу, за которой, по той же дороге, по какой ехали вчера они, спускался небольшой караван из пяти машинок, — вон, приехали, будут бродить.

Наверное, я его слышал раньше, это название, уговорил себя Женька, снова принимаясь за кофе. Если на картах оно есть. Конечно.

— А сюда? К вам не заезжают?

Женя улыбнулась, теперь уже глядя в сторону разбитой колеи грунтовки.

— Дорога плохая, — понял Женька, — но щас джипы всякие.

Им и дорога не нужна.

— Кой-Аш умён.

Они подняли головы — тень Отана заслонила утреннее солнце, стоящее над морем.

— После дождей древний Кой-Аш меняет свои берега. Ещё у него есть солёные туманы и жаркое марево. Он сам знает, что и кому показать. Вы собрались сидеть тут до вечера?

Моряна, вспомнил Женька, в один глоток приканчивая кофе и прихватив на язык горькой гущи. Мешки и ещё одна какая-то Моряна.

— Я всё, — вскочил, ставя кружку на плоский камень.