Тайные улицы, странные места

— Ой-й-й, — по-бабски запричитал Пит, передёргивая плечами и прикрывая голову огромными лапищами, — ой боюся-боюся, мамочка рОдная!

Не переставая кривляться, подступил к Женьке ближе, вдруг одна его рука оказалась на вороте футболки, подтягивая его к другой, которая стремительно неслась от мощной груди прямиком к Женькиному носу. Последнее, что тот услышал среди вспышек, шипения, дальнего смеха и радостных криков, был грозный вопль Капчи:

— А ну, не трожь её, паскуда!

Затем между кулаком и носом не осталось ничего — наступила тихая и кромешная темень.

Глава 5

Женьке снилось, что он океан, огромный и спокойный, вот только в районе живота разразилась настоящая буря, а над архипелагом шеи, где торчал остров головы, понаехав, трудилась целая армия экскаваторов. Морщась, он уже собрался раззявить рот, чтобы прикрикнуть на бестолочей, хороший ведь остров, крепкий, каменный и вообще — заповедник с пеликанами. Но испугался, что рот марианской впадиной высосет с поверхности всю воду, а заодно утопит экскаваторы с их экскаваторщиками.

Потому просто открыл глаза. И тут же закрыл, раскаиваясь в простом, казалось бы, решении. В поле зрения на секунду явились какие-то белые паруса, хлопающие на ветру, а в голове взорвались тыщи ракет, швыряя в переносицу раскалённые иглы.

Боясь пошевелиться, он застонал, но тут же притих — ракет в голове прибавилось. Летали, стукаясь об череп, и даже думать от них было больно. Тогда он перестал пытаться, лежал тихо-тихо, боясь начать хоть что-то и выжидая, чтоб через время сделать ещё попытку.

А потом пришёл голос. Откуда-то из-за головы, сказал нараспев, словно пробуя слово на вкус, словно оно — булка, или пирожок с начинкой.

— Про-о-вин-ци-я… — голос оказался мужским, сочным.

Повторил ещё раз, кашлянул, словно распеваясь, и продолжил:

— Терра. Те-ерра инког-нита! Гм…

После паузы:

— Что там у нас ещё? А? Ну, хорошо, да. Усадьба. У-у-усаадь-ба. Пожалуй, нет. Полис.

По-о-лис… М-м? Столица! Столица, в конце-концов. М-да…

И вдруг, явно рассердившись, сказал совсем другим тоном:

— И всё равно не понимаю. Не по-ни-маю! А почему тогда не поселок городского типа? Прекрасно ведь, ах ты моя Пэгэтэ! Нет. С тобой даже спорить бесполезно! В голову лезет сразу «Пэгэтэ ты моя, Пэгэтэ», и нечего хихикать. А имя? У вас, милая моя, иссякло воображение? Что? У мироздания миллионы прекрасных имен!

Женька осторожно повёл носом.