О чем поет вереск

Мидир свернул мыслеслов и обнаружил, что все еще удерживает Мэллина за многострадальные ладони…

Это случилось в первый или второй побег Мэллина в Верхний. Вернее, в его возвращение. Отец с Мэрвином переглядываются понимающе, младший молчит.

При первом же взгляде на брата Мидир понимает: что-то не так. Его настораживает какая-то мелочь, деталь, непривычное и чужеродное во внешнем виде Мэллина, его повадках. Младший брат не подхватывает кларсах, и Мидир понимает, что с самого прибытия Мэллина не видел его рук.

Средний волчий принц в пику своему страху вылавливает братишку.

– Ай, Мидир! Ну ты чего, отпусти уже, – в шипении сорокалетнего брата больше страха, чем требовательности, и Мидир, конечно же, не отпускает.

Если младшего принца покалечили в Верхнем мире, а он не сказал… Ох, как отец разозлится!

– Покажи руки! – Мидир разворачивает брата лицом к себе, удерживает за правое запястье, но страшится стягивать перчатки.

– Мидир, я клянусь тебе, Мидир, ничего плохого не произошло, не волнуйся! – встрепанный братишка под испытующим взглядом вжимает голову в плечи, но не сдается: – Если ты заметил, не значит, что они заметят, а там нет ничего ужасного, но, если увидят, запретят соваться в Верхний до конца времен!

«Они».

– Тогда тем более. Покажи! Мне! Руки!

– Может, не надо? – последняя попытка.

– Мэллин! – последнее предупреждение.

– Ну хорошо-хорошо! Ладно, Мидир, ладно! – перчатка с правой руки осторожно стягивается, открывая розовую кожу.

Падает вторая перчатка, и Мидир ощущает себя все большим глупцом: так насторожиться из-за пустяка!

– И что заставило тебя скрывать солнечный ожог вместо того, чтобы залечить его?

– Н-наш папа, он, ты знаешь, Мидир, к-как-то раз меня уже поймал, – Мэллин прячет глаза. – Я не знал, что это был ожог, а потом кожа на руках пот-т-темнела…

Сбивающийся брат заставляет спокойствие улетучиться вновь.

– И что в этом ужасного?

– Отец, он увидел, Мидир, – Мэллин испуганно вскидывает раскосые глаза, – он увидел и сказал, что Верхний мир не метит настоящую волчью кожу, она всегда будет бледной, а этот темный загар означает, что я не совсем ши, что я ч-ч-человек.

Джаретт отчего-то клеймит младшего человеком, хотя все трое сыновей могут зваться полукровками. И в Мэрвине или самом Мидире Джаретта радует мощь перворожденного, унаследованная от мага-отца и приумноженная человеческой кровью матери.