Персональное чудовище для принцессы

Радовалась я недолго, так как понятия не имела, как это все вообще работает. Нет, я примерно понимала, как нужно протирать тряпкой пыль, но где брать воду и сливать помои – уже казалось мне неразрешимой проблемой. Я молчу уже о том, как разжечь огонь в примитивной, древней печи.

Поэтому провела еще одну инспекцию по кухне, подключив все свое дедуктивное мышление, вспоминая уроки Брендона – главного инженера. Да и с Мили я проводила достаточно времени, даже в юном возрасте, чтобы примерно представлять работу служанки.

С третьей попытки пришла к выводу, что замок настолько старый, что, вероятно, ни о каких удобствах и коммуникациях он и не слышал. Хотя стоит ли удивляться? Современное оснащение замков и прорывные архитектурные решения стали применяться не так давно. Подумалось, что прежде людям, не имеющим магию, жилось не в пример труднее, чем сейчас.

Скрипя зубами и проклиная все на свете каждую секунду, чувствуя себя ломовой лошадью, я надрывалась на кухне, параллельно практикуясь в готовке.

На кулинарные изыски разумно замахиваться не стала, но четвертая по счету сгубленная яичница, как бы тонко намекала, что кулинар из меня так себе. Если учесть, что я вспомнила, что скорлупа не входит в блюдо – семь загубленных яичниц. Отчаявшись, настрогала бутерброды.

Позже вновь попробовала себя в более сложной готовке и с пятой попытки, изрядно изгадив, отмытую мною кухню, у меня сварилась каша. И пусть она немного пахла гарью, была недосоленной (от слова «совсем») и недоваренной, я не переживала, философски подумав, что все неидеальны, а недосолить – лучше, чем пересолить.

Потом были упрямые попытки варки похлебки, жарки мяса (мясо было искренне жаль, особенно когда я выбрасывала сожженные и пригоревшие угольки в мусорку), варка картошки (вот она, кстати, у меня получилась хорошо, в плане готовности, жаль только мне никто не сказал, что предварительно ее следует мыть и чистить, поэтому она основательно хрустела песком на зубах).

Были еще какие-то эксперименты на кулинарном поле, и я порой, даже входила в азарт с мыслью: «А что будет, если я добавлю в молоко совсем немного рыбы?».

В общем, дух авантюризма и жажда исследовательской деятельности плохо сказывалась на мне, моем пищеварении и аппетите самого хозяина замка. Так как, то, что я подготавливала до прибытия красноволосого, как и было условлено, на том же месте, в том же виде и оставалось, выказывая молчаливое «фи» моим кулинарным способностям.