Замуж за врага. Его (не) любимая

- Где-то там несет службу Святослав?

- Да, - Верея вздохнула.

«Тоскует по возлюбленному», - подумала София и ощутила острый укол ревности. Ну вот, опять!

- Как мы с братом ни пытались уговорить его перебраться поближе – бесполезно. Считает, его место там. Ума не приложу, как его переубедить.

София скрипнула зубами. Да что такое с ней происходит! Почему она ревнует Святослава так явно?

- Вот и сегодня, - продолжала опечаленная Верея, - не успел вернуться из Арги, тут же уехал.

Заложница привстала, всколыхнув подолом платья клочья тумана.

- Он… уехал? – Голос предательски дрогнул.

- На рассвете. Вместе с Добрыней и двумя воинами из отряда. Словеном и Тисом. Помните их? Они братья Лии и Мии – ваших придворных дам. Остальные получили отпуск. У Словена и Тиса никого. Ну, кроме сестер. Отец умер год назад. Мать еще раньше. Жен и детей - нет. – Верея помолчала и возмутилась: - Вот как так, леэй? Людям он отдых дал, а себе - нет! Не успел прибыть, как снова умчался. Теперь на север.

Уехал. С досадой заключила София, будто брошенная невеста.

Нет, она ему не невеста. Вообще – никто.

- Простился со мной и Романом и был таков, - Верея самозабвенно продолжала. – Святослав с самого детства такой. Не зря отец называл его в шутку «вольным ветром севера». Наверное, поэтому он и выбрал службу в «Северном Ветре», а не где-нибудь еще.

«Они знакомы с детства.

Приподнятое с утра настроение стремительно испортилось, но девушка изо всех сил старалась этого не выдать. Тем более при любопытной свите придворных дам, востривших уши. Особенно она опасалась двух дам (тех, что послали нелицеприятную шутку за завтраком) – приближенных Вереи. Первую звали Эбена, вторую – Алесса. Как показалось Софии, с худшими сплетницами она еще не встречалась. При них надлежит держать себя в руках.

К вечеру разошелся сильный ливень.

Верея пригласила Софию к себе и до ужина девушки провели за рукоделием. Когда стемнело, и наступило время большого семейного ужина, где собиралась большая часть обитателей княжеского дворца, София сослалась на плохое самочувствие и вернулась в покои. Верея грустно вздохнула и сказала, что передаст Роману и Гордане ее извинения.

В личных покоях она первым делом подошла к окну, выглянуть в сад.

На улице лило, как из ведра и он поблек, потеряв прежние краски.