Навья царевна

А что еще нужно заезжему охотнику за нежитью али травникам? Пожалуй, баня. Так уверена, что внизу она есть. С чащи пришёл, сполоснулся и спать, а потом опять в лес. В такие деревни не отдыхать и не красотами местными любоваться приезжают, а деньги на жизнь зарабатывать.

Через пару минут в дверь постучали, и внутрь зашла молоденькая подавальщица с подносом, нагруженным едой да питьём. Уж как она глазками в царевича стреляла, покуда к столу шла. Казалось бы, места на два шага, но девица была не промах – успела себя показать с лучшей стороны.

Даже я, будучи женщиной, оценила и формы округлые и гибкость. Иван же остался равнодушен. Кивнул, монетку за оказанную услугу в руку вложил, и приступил к еде. Судя же по её раздраженному виду, благодарность бы она бы с удовольствием приняла в совсем иной форме.

Неудивительно, ведьмак был красивым мужчиной. Грех такого не соблазнить, тем более, если можно пересудов не бояться. Ведь даже слабой ведьме, а судя по вспыхнувшим зеленью глазам, подавальщица таковой и являлась, мало кто захочет высказаться о её бесстыжести, порчи побоится из-за такой мелочи.

Снять эту заразу легко, обнаружить – трудно. Поэтому прежде чем жертва тёмного колдовства поймёт от чего у него дела не ладятся, много времени может пройти.

Отобедав, царевич завалился на лавку, и сонным голосом пробормотал:

- Не выпрыгни никуда, квакушка. Тут ведьмаков тьма просто. Ещё заберут тебя, дивную такую. А ты мне самому нужна

Фыркнув на это заявления, я дождалась, покуда дыхание его станет ровным и глубоким, и превратилась в человека.

Боль вновь была жуткой, и чтобы не заорать, и не разбудить тем самым мужчину, я до крови прикусила губу. Стон у меня всё же вырвался. Однако, Иван видимо знатно выдохся за прошлый день, что ему мои писки, даже не пошевелился. Но на всякий случай волшбу на здоровый сон я на него наслала.

Везучий. Мне тоже отдохнуть хотелось, ибо после оборота тело ломило будто при жаре. Только дела сами собой не сделаются, а времени у меня и так не много. Уж не знаю сколько часов царевич почивать изволит, но думаю, к вечеру проснется.

А недомогание моё легко снять зельями, припасёнными как раз на такой случай.

Снадобье нашлось в сумке через пару минут, подействовало оно так же скоро. Прикрыв глаза, я призвала силу и потянулась к зеркалу, дабы весточку брату передать. Однако заготовленное заклинание так и замерло на языке, а после и выветрилось из головы от накрывшего меня изумления.

Я с суеверным ужасом смотрела на свою правую руку.