Бабушка на выданье

Мелочь, но когда голоден, рад будешь и мальку, и он, рванувшись, схватил ближайшую, но сразу же выпустил добычу и проводил, неровно уплывающую рыбёшку холодным немигающим взглядом, затем, не в силах отказать себе в удовольствии, помчался на максимальной скорости против течения, и закончил тем, что с разгона вырвался наверх, в воздух, и тяжело плюхнулся в воду, подняв столб брызг.

После этого он завис над дном, паря в невесомости, лишь изредка шевеля плавниками. Надо возвращаться. Эта женщина в пещере зависит от него.

Свадьба расстроила Риольфа и привела в раздражение, иначе он не стал бы давать Эрмине опрометчивого обещания помочь с возвращением. Он уже убедился, что за неприятными чертами прежней принцессы скрывалась совсем иная женщина. Она была сдержана, смела и, что он считал одним из важнейших достоинств, неболтлива. Даже внешность Эрмины стала казаться не то что красивой, но вполне приемлемой. Возможно, стоит убедить её изменить решение и остаться.

Вряд ли её обрадует его появление нагишом. Риольф подплыл ближе к берегу, где струнами, уходящими в небо, натянулись стебли водяных лилий. Перекусил несколько, покрутив мордой намотал, и в этом импровизированном наморднике помчался назад и вновь погрузился в прохладную темноту подводного хода.

На этот раз он предпочёл обратиться ещё под водой, и вынырнул в человеческом облике с букетом цветов в одной руке, и целомудренно прикрываясь громадными круглыми листьями, зажатыми в другой.

Эрмина сидела спиной к нему на выступе, обхватив себя за плечи, но услышала его появление и вскочила. Шарик еле светился на полу у её ног.

– Жив! – выдохнула она, шагнув навстречу, но сразу же остановилась и нахмурилась.

Обрадованный её первым порывом, он просиял и протянул мокрый букет. Махровые лепестки водяных лилий нежного сиреневого цвета казались фарфоровыми и хрупкими. Он надеялся на нежную улыбку и слова благодарности, вместо этого ему в лицо полетела скомканная мокрая тряпка.

Инстинктивным движением Риольф отбил её, быстрым взглядом оценил, какой ущерб понёс его щит и обескуражено остановился. Кто бы мог ожидать от благоразумной Эрмины такой агрессии!

– Ну ничего себе! – возмущённо прошипела она, подступая ближе. – Я его, считай, похоронила и оплакиваю, а он цветочки собирает!

– Похоронила? – опешил он.

– Ты же сам сказал, что здешние воды опасны.