Мурильда и её друзья

Меркурий первый и единственный.

Ценной информации я от него не получил никакой. На телестудии удвоят и утроят охрану. Будут пропускать по спецпропускам. Никаких животных в ближайшее время не пропустят без проверки. Справку из санэпидемстанции и о прививке от бешенства должен иметь с собой каждый кот и каждый кролик. Собакам намордники, крупным хищникам  спецохрана из трех, лучше пяти специально обученных людей. Руководство студии шлет свои пожелания скорейшего выздоровления благородному Барсидзе и ждет его на телестудии для повторного интервью.

–  Со второго раза точно приморят, подумал я, выпроваживая незваного гостя.

Лейла вздыхала, Лейла по-женски не одобряла нетрадиционно ориентированного кота. У нас в горах таких котов!!!...  

Есть ли в горах такие коты, я не успел спросить. Опять позвонил кот Меркурий и сообщил, что сотрудники телестудии возьмут интервью у героического олигарха в палате больницы. Телезрителям будет интересно. Ситуация становилась все более катастрофической. Мы с Лейлой обсуждали её до вечера и не нашли выхода.

Но завтра началось с ужасного экстренного сообщения. Группа лиц, назвавших себя тележурналистами, проникла в клинику, где лежал олигарх Барсидзе и добила несчастного бизнесмена. Барсидзе выбросился в окно клиники, труп его до сих пор не найден.

Я рыдал как ребенок. Лейла меня утешала. Опять я сирота. Мамка не в счет. Я так привык к тебе, старый и вздорный, лысеющий кот. Как же я без тебя буду?!

На мобильник пришло сообщение: “Не бери в голову”.

Охрана проспала, всюду предательство. Продаются за пачку собачьего корма, и скоро будут гавкать, состязаясь со своими новыми хозяевами. 

Пришло новое сообщение: “Чувствую себя неплохо, обеспечь транспортировку домой”. 

Розыгрыш. Покойники не разговаривают, эсэмэски не присылают.

Лейла бросилась звонить охране клиники. Никто не отвечал.

–  Охрана час назад покинула здание клиники. Сообщили ей в приемной.

А вдруг?! Не может быть, а вдруг?! Я хотел уже сам ехать вклинику, уже выходил на улицу.

–  Он нас встречает! Мурильда выскочила из машины и повисла на моей шее, как будто и не она била и царапала меня совсем недавно. А из другой машины…

Погибший, выбросившийся из окна и опять живой мультимиллиардер Барсидзе, весь заклеенный больничным пластырем. С мордой расцвеченной множеством синяков. Живой живехонький.

А дело было так.