Обручённая дважды

Я решила ответить на него и сделала шутливый реверанс.

Но эти, как мне казалось, незаметные знаки внимания, видели не только мы с Ником. Их заметили все, и встретили завистливыми вздохами и бурными овациями. Зал ликовал, а вот Кристен такое поведение моего начальника пришлось не по вкусу. Она презрительно фыркнула и, не глядя на меня, отступила на шаг в сторону, будто не желала стоять близко ко мне.

Распорядитель тем временем громко хлопнул в ладоши, чтобы собравшиеся замолчали, и начал аукцион. Время девушек на этом вечере разыгрывали согласно порядку их появления, и мне предстояло увидеть, как разберут всех.

Стоять перед толпой людей в лучах яркого света и видимой со всех сторон как на ладони мне не нравилось. Я переминалась с ноги на ногу и не знала, куда деть руки. Дали бы перед началом вечера хотя бы веер, чтобы можно было прикрывать им скучающие зевки. Но веера не было, а воспитание все же не позволяло прилюдно зевать.

В очередной раз я оглядела зал и поняла, что Доминика в нем нет. Я-то глупенькая вдруг подумала, что что-то значу для него, и даже размечталась, что он выкупит именно меня для общения, а не какую-нибудь сногсшибательную Кристен.

Однако начальник оказался безразличным и к ее судьбе, и к моей. В итоге общество Кристен досталось престарелому сухопарому магу с жидкими седыми волосами. Он, довольно потирая руки, всучил распорядителю мешок с оговоренной суммой, и получил парный браслет Асшаи, снятый с руки девушки.

Почти облизываясь от удовольствия, старикашка щёлкнул пальцами и Кристен подплыла к нему по воздуху, даже не касаясь ногами пола.

Ее лицо отражало крайнюю степень испуга и неверия происходящему. Но сделать девушка ничего не могла. В ближайшие два – три часа браслет не позволит ей далеко отойти от этого мага.

Страшно было подумать, что через пару минут и меня ждёт то же самое. Я заскрежетала зубами. В следующем году мне точно не придется участвовать в этом позоре, потому что я буду замужем за Сэмраном.

Распорядитель объявил следующим и последним на сегодня живым лотом меня.

Начались ожесточенные торги. Все, кто упустил свой шанс до этого, будто решили отыграться, выкрикивая из разных концов зала баснословные суммы.

С ужасом я наблюдала за происходящим. Почему-то было действительно страшно, будто меня посетило дурное предчувствие. Я прекрасно понимала, что победитель торгов не сможет сделать ничего предрассудительного. От посягательств даже на поцелуй от любого мужчины, кроме жениха, я была защищена помолвочным кольцом.