Сорцерий. Книга III. Вендетта.

И Алиса позволила себе остаться, но ночью не спала ни минуты — творила. Творила как прежде, закрыв глаза, ведомая чувством, ведомая Августом. Сверчки и ночные птицы негромко подпевали друг другу в исполнении сладких трелей, питали Алису вдохновением и обращали в единое целое с окружающим великолепием. На полотне вырисовывалась мягкая пурпурно-синяя ночь, ультрамариновое озеро, искрящееся под серебром луны, едва освещенные ветви непроглядного леса и силуэт. Двое. Они обнимали друг друга, как обнимал Алису аромат сада, как обнимала ее забота того, кто не смел быть рядом.

Не открывая глаз, она сменила холст и принялась рисовать новую картину, а за ней следующую.

Утром, когда на горизонте показалось солнце, черный лев, что доставил Августа, опустился у озера. Спящий у дома фелис ознаменовал нахождение здесь Алисы. Удивившись ее столь раннему присутствию принц, погладив лохматого рыжего зверя, вошел в незапертый дом. Август прошел по тихим комнатам и остановился в спальне, с порога которой на полу раскинулась «тропа» из поочередно скинутой с тела одежды.

У окна стоял мольберт, а у стен расписанные полотна. Взглянув на картины, принц почувствовал то же, что и Алиса, увидел себя и ее там, где их, казалось бы, нет. Сердце невольно сжалось, Август не смел рассчитывать на чувства Алисы. Он ругал себя за то, что все это выдумал.

Проснувшись, Алиса услышала, как во дворе смеется и ласково общается с кем-то Август. Она поспешила выйти. Принц красил внешние рамы. Без магии, самым обыкновенным образом — кистью.

В любимый цвет Алисы — сиреневый. Вокруг Августа игриво бегал и пытался утащить кисть волчонок. Маленький, серенький, очаровательный. Алиса подошла, опустилась на траву и подозвала милого зверя, тот радостно бросился в руки.

— Да, не собака, но и он может стать тебе лучшим другом, — улыбнулся Август.

Алиса взволнованно и счастливо просияла — принц воплотил очередную мечту.

— Как мы его назовем?

— Я бы назвал его Зевсом, ведь он вырастет большим, сильным, грозным.

— Значит, будем звать его Зевс, — Алиса с улыбкой гладила волчонка.

— Но я ведь не могу его здесь одного оставлять! Август, — ее вдруг осенило, — перебирайся сюда, живи здесь! И почему я раньше об этом не подумала?! Останешься?

— Останусь, — согласился принц, и Алиса почувствовала себя страшно счастливой.

В жизни покровительницы появилась еще одна радость, которая весело игралась и не давала скучать. Фелису волчонок тоже понравился, он с самого начала не проявлял враждебности.