Сорцерий. Книга III. Вендетта.

— Знаю, вы немного не ладите, но Лилиан славная. Она мне очень помогает. Знаешь, она щетинится, потому что несчастлива. Каждая моя благодарность, каждое мое одобрение заставляют ее расцветать — родители Лилиан не додали любви. Я вижу, как ей здесь хорошо. Она как сиротка обретшая дом.

— Да и тебе с ней не одиноко… А где Адам?

— Остался с Августом. — Виктор мягко толкнул дочь плечом в плечо: — Вернулась бы ты в чащу, да пригласила обоих. — Соглашаясь, Алиса кивнула головой. — Вот и славно. Влюбиться в другого — не преступление, просто так случается в жизни.

Главное — честность с собой и с окружающими.

Алиса натянуто улыбнулась, ведь именно правда так пугала ее, травила придуманной болью и держала закрытым рот. Попрощавшись с отцом, покровительница вновь оседлала фелиса и растворилась в небе. Чудовище скоро доставило ее к дому в лесной чаще. Из трубы поднимался легкий, с запахом уюта, дым. Алису встретил волчонок. На суетливый шум во дворе выглянули друзья.

— Ты вернулась удивительно скоро, — начал Адам.

— Сегодня вечером состоится бал. Вы придете? Пожалуйста…

— Да, точно, сегодня все празднуют день Красного Солнца, — вспомнил Адам. — Давай заглянем, — обратился он к принцу.

Август одобрительно качнул головой. В его семье этот день давно превратился из праздника в горе, но никто из присутствующих здесь об этом не знал. Алиса расцвела в улыбке, слишком счастливой улыбке для простого согласия. Она осталась, помогла друзьям выбрать подходящий наряд. Теперь и Адам походил на принца, а не былого пирата.

Хоть он и следовал ныне по иному пути — светлому, никто, кроме близких друзей не был убежден в его честности; все ждали подвоха, хитрого хода, вероломства и в том нет их вины.

Друзья прибыли во дворец, когда торжество бурлило шумным весельем, танцами, радостными и счастливыми лицами. Они присоединились к празднику.

— Какая заводная музыка! Составь мне пару, скорее! — Адам ухватил Алису за руку и увлек в толпу.

Она и ответить не успела, как уже с улыбкой придавалась веселому танцу.

За ним последовал второй, не менее громкий и бойкий. Его сменила спокойная, глубокая и романтичная мелодия, что казалась такой знакомой. Адам освободил Алису для танца с принцем, но выискивая его взглядом, покровительница остановилась в центре зала, среди кружащихся пар. За роялем сидел Август. Мелодия, что он играл, звучала тогда в «Синей Птице», только в ней появились новые ноты. Ноты понятные им одним, что звучали как самые нежные слова о любви.