Сорцерий. Книга III. Вендетта.

Ждать, следовать вместе, и немедля загадать желание — единственная попытка сделать все в точности по своей задумке.

Алиса спустилась в вольер для животных, где отыскала фелиса. Дорогое сердцу чудовище жалось в углу, скованное цепями. Покровительница вытянула руку и медленно подступила к зверю. Фелис не рычал, не буйствовал, но нетерпеливо прильнул к ладони в поисках ласки. Алиса с облегчением выдохнула и крепко обняла зверя — он прежний, чары рассеялись.

— Прости меня, я не хотела тогда причинять тебе боль…

Уже скоро она освободила фелиса от всех цепей и вывела в сад.

За спиной тут же послышался визг служащей при дворе девушки, что очевидно испугалась чудовища.

— Все хорошо, он не опасен больше, — заверила Алиса.

— Фелис должен содержаться в закрытом вольере, на цепях — это приказ короля!

— Но он здоров, нет нужды…

— У вас есть Сила защититься от зверя, у нас — нет! — поддержал другой служащий.

— Верните чудовище в вольер! — потребовал третий.

Вокруг Алисы и спокойного фелиса быстро и незаметно собралась гудящая спорящая толпа, что категорично требовала изоляции зверя.

— Он не опасен! — повторила Алиса. — Позвольте мне увести его из вашего городка, не будет повода для тревоги…

— Ну да, как же! — усмехнулся мужчина в толпе. — Твой «друг» разорвет тебя в ближайшем лесу и примется за любого из нас! — За спину мужчины ускользнул знакомый женский силуэт.

— У меня за стенами крепости живут дети! Я лично не позволю зверю покинуть вольер! — гаркнула следующая фигура, а за спину ее снова ускользнул кто-то.

— Фелисы никогда не были ручными животными! Они — хищники, а ты — показушница! Чем лев неугоден?

— Лев для нее слишком хорош, как и наш Александр!

— Да они с фелисом друг друга стоят — дикари! Ей все к ногам положили, а она — хуже змея! — Глаза растерянной от высказываний Алисы отыскали очередного глашатая и, к удивлению, встретились с Эвелиной, что нашептывала на ухо слова, а губы мужчины с точностью их воспроизводили: — Гадких змей забивают палками…!

Эвелина как кошка ускользнула к следующему в толпе, как призрак осталась никем незамеченной.

Она управляла толпой, она внушала им то, что угодно, а они принимали за истину, за собственные мысли. Эвелина прильнула к уху новой марионетки и, подняв взгляд, вцепившись им в покровительницу, язвительно улыбнулась.

— Наш король милосерден и оттого слеп. О безопасности тех, кто нам дорог, мы должны позаботиться сами: чудовищу — смерть!

— Что? — Алиса будто ослышалась.