Сколько той жизни

Вот почему все лучезарно улыбаются и норовят хоть как-нибудь угодить. Просто все боятся. Страх заставляет всех быть предельно вежливыми и корректными.

Теперь Кашкан нисколько не удивился, когда у входа в туалет увидел того самого швейцара. На этот раз он был совсем не груб, а суперприветлив и суперобходителен. Просто сама вежливость. Да, тепленькая компания подбирается. Только вот непонятно, почему в светлом настоящем оказались эти люди? Почему он, Алексей Кашкан, среди них? Опять Батурин что-то напутал. Кстати, где он? Где Линдас?

Алексей без труда разыскал кафе со знакомым барменом, так как уже не сомневался, что тот там обитает.

Так оно и было. Бармен встретил гостя с распростертыми объятиями. Они расположились на открытой веранде, и словоохотливый хозяин рассказал о всех тонкостях новой жизни. Бюро Времени существовало, как и прежде. Теперь оно не отнимало у человека время жизни, а лишь перемещало его в то или иное время в зависимости от поведения. Однако, когда речь зашла о Батурине, бармен округлил глаза:

- Какой Батурин?

- Тот самый.

- Не знаю я никакого Батурина.

- Как не знаешь!? Мы же вместе его искали. Именно он придумал весь этот бедлам.

- Да что ты все выдумываешь! Не было такого и в помине.

Кашкан внимательно посмотрел на бармена. Лицо вытянулось, побледнело, глаза испуганно бегали, губы мелко дрожали.

- А ты не боишься, что в Бюро Времени узнают о твоей неискренности?

Собеседник и вовсе затрясся.

- Тише, тише. Не дай бог, кто услышит. Я все расскажу. Насколько я тебя знаю, отвязаться все равно не удастся.

- Вот-вот, теперь ты мне нравишься. Выкладывай.

- Разумеется, я помню Батурина. И все помнят. Однако все делают вид, что такой человек не существует и никогда не существовал. Это как бы негласное табу. Игру затеяло Бюро Времени, и удивительное дело: многие по-настоящему поверили. Раз помнить опасно, то надо забыть. И забыли. Массовый психоз. Сейчас вряд ли найдется хоть один человек, который признается, что помнит Батурина. Прямо кошмар какой-то.

- Да уж, - расдосадованно крякнул Алексей, - доизобретался.

Он закурил сигару, любезно предложенную барменом, и почему-то стал размышлять вслух:

- Но зачем? Какой смысл в том, чтобы вычеркнуть Батурина из списка живых и даже мертвых? Кому это надо?

Бармен приблизился к Кашкану и чуть слышно зашептал на ухо:

- Этому может быть только одно объяснение.

- Какое?

- Батурин сослан в далекое прошлое.

- Ну и что?

- Дело в том, что оттуда еще никто не вернулся.