Сколько той жизни

- Он же почетный житель города, а его имя даже не значится в памяти компьютера.

- Может, почетные идут отдельным списком? - предположил Алексей.

- Сейчас проверим, - откликнулся хозяин и через пару минут радостно провозгласил: - Точно! Есть такой список! - И тут же разочарованно протянул: - Только никаким Батуриным тут и не пахнет. Значит, почетного звания его уже лишили. И когда только успели?

- Не будем впадать в панику, - деловито ответил Кашкан, - а воспользуемся другим средством связи. Оно несколько устарело, но от этого не стало менее надежным.

Сокурсник знаменитости подошел к телефону и позвонил в справочное:

- Девушка, я ищу своего друга, знаменитого ученого, покорителя времени, хорошо известного вам Михаила Васильевича Батурина.

- Такого абонента нет, - ответили на другом конце нежным голоском.

- Как нет!? Не может ...

Короткие гудки прервали его возмущение.

- Что-то я туго стал соображать, - признался бармен, - никак не могу понять, в чем тут дело.

Алексей снова снял шляпу и уселся на прежнее место.

- Все очень просто, могли бы и сразу догадаться: Батурин - объект государственной важности и поэтому находится под бдительной опекой Бюро Времени.

Хозяин кабачка резко изменился в лице.

- Тогда я пас, - пробормотал он торопливо. - И вообще, ресторан закрывается на перерыв. Извини, парень, и рад бы помочь, да времени нет. А как разыщешь своего друга, так обязательно заходи.

Кашкан покинул забегаловку без обиды на ее хозяина. От такого типа людей нельзя ждать иной реакции.

Да и любой обыватель при малейшем упоминании о Бюро Времени терял разум и душу, а телом руководил только страх. И все потому, что БВ имело исключительное право коррекции времени любого человека, что означало на практике безграничную власть.

Алексей и сам всю жизнь пытался избежать любых контактов с Бюро. Каждый, кто попадал в поле зрения этого ведомства, в обязательном порядке подвергался самой тщательной проверке. И всегда выяснялось, что проверяемый гражданин задолжал государству часть своей жизни: то налоги не уплатил, то нарушил правила дорожного движения, то плюнул не там, где положено .

.... И человеческая жизнь незамедлительно подвергалась коррекции, теряя от нескольких часов до нескольких десятилетий в зависимости от тяжести и количества нарушений.

Обращение в Бюро могло стоить Кашкану жизни, так как при корректировке не принимали во внимание оставшееся человеку время: после вышеназванной операции его могло и вовсе не остаться.