Две жизни Алессы Коэн

А то нашли бы и спросили…

— Никаких следов нет, поэтому не найти и не спросить, — хмыкает он, озираясь по сторонам.

Он так и не отпускает меня, и мне кажется, что это не из-за опасности, которая подстерегает нас за каждым поворотом горной тропы… Или я всего лишь очень уютно чувствую себя под его защитой, поэтому ничего не боюсь? А на самом деле нас уже окружили и вот-вот нападут? Нет, не похоже.

— Значит, надо искать другой вход, — предлагаю я, высвобождаясь из его полуобъятий. — В горах Эмме полно расселин и ям, ведущих в глубину, хоть одну тот, кто закрыл вход, пропустил.

Нас всегда предупреждали не сворачивать с туристических троп во время экскурсий…

Он пропускает мимо ушей «экскурсии», хотя вряд ли ему известно, что это такое, и уж тем более ему непонятны «туристические тропы». Горы под Эмме в хорошую погоду кишат туристами. Если посмотреть на склоны издали, кажется, на них надеты причудливые пестрые бусы. Это группки туристов медленно бредут по цепочкам проложенных маршрутов.

У меня дома было несколько таких фотографий… Впрочем, это уж точно неважно.

Архимаг со мной, кажется, согласен, он задает более существенный вопрос:

— И с какой из этих троп нам следует, по твоему мнению, свернуть?

Я ахаю от удивления — мы словно оказались во сне или бредим вдвоем: там, где только что на склоне лежала одна-единственная потрепанная временем тропа, теперь в разные стороны расходится пять тропинок. Поросших изумрудной травой и манящих ступить на них.

— Это галлюцинация? — спрашиваю я, пытаюсь сравнить эти дорожки. Ведь должен быть знак, какая из них верная…

Но они абсолютно идентичны, разве что… да, по одной, самой левой, прыгает синий камешек, как будто он откатился из-под чьей-то ноги и никак не может остановиться. И мне кажется, за поворотом мелькнул зеленый подол платья. Или почудилось? Я могла принять за ткань покачивающиеся на ветру широкие зеленые листья, которые непонятно как выросли за мгновения на отполированной ветрами поверхности скал.

Да, всего пару секунд назад здесь был почти отвесный склон, а теперь – пологая тропа…

— У нас принято называть такие явления видением, — отзывается архимаг, остановив камешек носком сапога. Поднимает двумя пальцами синий овал и разглядывает его с такой улыбкой, словно увидел старого знакомого.

В этом камне как будто переливается вода — точно так же, как в четках епископа… Да, это знак, который подает нам неизвестный.